|
Во что влюбляюсь я?
Во взгляды исподлобья,
В усмешки без причины,
В игривые слова.
Во всякое подобье
Красивого мужчины.
В того, кого лелеет
Трескучая молва.
Стремление мое -
Всегда быть окруженной:
Желанья-грезы-слезы.
Бесцельный дивный круг.
Но рок подкрался, вдруг
Я замерла сраженной
Болезненным гипнозом
Чудесных глаз и рук.
В чем истина твоя?
Ты темный или светлый?
Богатый или бедный?
Чужой или ничей?
Таким, почти не зная,
Тебя я принимаю.
А ты не принимаешь
Ручья моих лучей.
Решил - опасна я?
И тушишь сигаретку,
Молчишь, неуязвимый
Для призрачных оков.
Но мне ль готовить клетку
Тебе, Боготворимый?..
Влюбленность - шансонетка.
Но схимница - любовь.
1996
Нет в Вас никакой породы,
Дорогой мой и Бесценный...
Разделяют нас не годы -
Ваша Тайна, Ваша Сцена.
Ваша Жизнь - в вуали зыбкой,
Жизнь моя - в тумане клейком.
Я хочу быть Вашей скрипкой,
Я хочу быть Вашей флейтой.
Струнам и цветам, к которым
Прикасались пальцы Ваши
Я завидую с укором,
Беспросветной болью ставшим.
Иступленно и неверно,
Беззащитно и убого
Я хочу быть Вашей Первой
и Последнею Дорогой...
1995
В прошедшей жизни, прошлой, предыдущей
Меня убили выстрелами в спину.
Была я, видно, гордой, непослушной,
А кто-то не терпел моей гордыни.
Я никому не причинила муки,
Но вечная мне мнится укоризна.
Гляжу на свои маленькие руки -
Ведь руки мы берем из прежней жизни.
Да, кто имеет маленькие руки -
Тот умер молодым в былые дали.
Мне не знакома старческая скука,
Хоть очень близко знаюсь я с печалью.
Так и бреду по жизни. Сердце стынет
Осколком ледяным в груди и тает быстро.
Я оглянусь - вокруг глаза пустые.
Шаг дальше - и в безмолвье снова - выстрел.
1995
Двадцатою весною
Двадцатый гололед,
Присыпанный золою,
Меня украдкой ждет.
Длиннее дни и тени
От нас и от домов,
Плюс тени от смятений
Нежнейше-зыбких снов,
Плюс тени под глазами
И теснота в груди...
Подтаяла слезами
Дорожка впереди.
А голубого свода
Мелодия вольна.
Лукавит год от года
Со мной моя весна...
1994?1995?
|