Гость
|
ВАРЯГ
(рассказ или новелла, определённо - не роман)
Зима, что во-первых и ночь во-вторых
И скучно и грустно ну и вообще...
И всё Это, натюрлих, не надо чтобЫ
По стенам ползучим летали гробы.
(Глеб Самойлов)
На Севере холодно всегда. Даже белым медведям и трупам. Правда, ни первые, ни вторые подтвердить этого вам не смогут. Не употребляйте наркотики!.
(Адольф Шультцманн)
Вместо анекдотов люблю читать новости. Один хер. И там и там - никакой логики. Чего стоит с утра проникнуться заголовком: „Присяжные увидят сексуальную игрушку судьи, который мастурбировал на заседании”. Прямо таки тема для американской мистической драмы с шансами на Оскар, где Де Ниро играет пристаревшого сурового вершителя правосудия, переживающего оргазм в момент, когда выносит смертельные приговоры.
Что ж, прникнемся. Главного героя мы назовём Массимо Уно, а фильм «Прицел».
Такая психополовая аномалия главного персонажа связанна с тем, что нужное количество десятков лет назад во Вьетнаме он кончил в рот местной проститутке в тот момент, когда держал под прицелом маленького мальчика. Волей высших сфер он нажал на спусковой крючок и застрелил ускоглазого, ни в чём не повинного, засранца. С тех пор секс и смерть сливаются в его сознании воединно (в связи с этим голос за кадром может вещать мистические реминисценции текстов Фрейда).
Во время начитки исполнителей ролей и создателей фильма появляются ч/б фотографии убитых людей. Их ранения выделенны красным. На пример, простреленный карман в областе сердца. Из него выглядывает фотография семьи убиенного. Старо и действенно. Дальше трупы на снимках начинают оживать. Фотография становится первым кадром и картинка прокручивается задом наперёд. Тело поднимаясь с земли как бы возвращается к тому моменту, когда оно стояло и функционировало. Так повторяется энное количество раз. Волнительная музыка перерастает в сирену (типа, боевая готовность). Сирена – в резкий звонок будильника.
Следующий план: просыпающийся Де Ниро.
Мы понимаем, что это всё перечисленное выше снилось именно ему (не считая титров, конечно). Далее следует зал суда и потрясающая игра актёра, когда во время вынесения приговора он тончайшими мимическими ухищрениями изображает пик блаженства и суровую смертоностную справедливость одновременно.
Дальше мы узнаём, что Массимо Уно уже не в силах противостоять своим желаниям. Когда ему долго не удаётся выносить смертельные приговоры - ходит маструбировать на кладбище. Там судья левой рукой обнимает надгробные камни и чёткими ударами лба разбивает фотографии покойников. Правой рукой - доводит себя до экстаза. Однажды, занимаясь всем вышеописанным, он видит блуждающего меж печальными сооружениями с крестами мальчика. Того мальчика, которого он когда-то застрелил (ему так кажется). Массимо присматривается и понимает, что это всего лишь подросток аналогичного телосложения. В этот момент он выплёскивает свою мутноватую детородную жидкость и теряет сознание. Приходит в себя незадолго до расвета. Моросит дождь (символ очищения, кто не понял). В момент осознания произошедшего он чувствует тошноту и блюёт прямо на кладбище. Блюёт и плачет. Что-то в нём сломалось. Присутствие человека, живого человека, во время оргазма изменило его. Жизнь победила смерть, свет победил тьму, США мировой терроризм, а широкая русская душа – капиталистичекие ценности.
Дабы всё это время оператор не скучал, происходит следующее. Камера выхватывает беспокойную крысу. Она бежит по направлению к онанирующему Уно. Вид от лица крысы. В момент когда она приближается к надгробию ей в глаза попадает мерзкая мутноватая жидкость. Тварь нихера не видит, зритель – соответвенно. Слышим копошение лапок и повизгивание.
Итак. В связи со всем произошедшим, судья возвращается к нормальной жизни. Впервые за десять лет трахает свою жену и уходит в отставку. Быт налаживается. Его избранная беременяет. Но вот незадача: ему начинают являться видения. Застреленный маленький вьетнамец приходит к нему во снах и пытается отсосать. Один раз своими зубками от кусает член Массимо до крови (на самом же деле, это жена пыталась его разбудить ласковым массажем и случайно задела ногтем крайнюю плоть). Он идёт пописать и замечает, что его моча насыщенного красного цвета. Судья понимает это как знак и – до того атеист –покупает икону и крестик. Вдохновенно читает Библию.
Ясен пень, что как только он открывает книгу начинает играть главная музыкальная тема фильма в органной обработке, а иллюстрации оживают, наливаются кровью и творят всякое насилие друг над другом. Потом, конечно, оказывается, что главный герой просто засыпает и в его сознании всплывают подобные образы. В конце концов, что ещё может произойти с читающем американцем – он задремает. К примеру, на фоне желтоватого рельефного пергамента (как в «Девятых вратах») рисованные персонажи разыгрывают сцену о том как Саломея требует голову Иоанна Крестителя. Естесвенно, зритель видит, не только причетания юнной царевны, но и процесс отделения места скопления серого вещества от тела мученика. Горесть мы видим и на лицах исполнителей.
Теперь в видениях мальчик больше не рвётся к оральному сексу, но ото сна ко сну он растёт - в том числе удлиняются его волосы. На тридцать третий день вьетнамец окончателльно превращается в Иисуса, только с жёлтоватым оттенком кожи и чуть узковатыми глазами. Мистер Уно разговаривает с сыном Бога, рассказывает ему о своих горестях и жизненных перепетиях, советуется.
Вместе с тем, наш герой начинает панически боятся зеркал (а как же иначе - это же, как и вода, символ подсознания!).
В место себя в отражениях он видит всех тех, кого он держал когда-то под прицелом. Естественно, что призраки имеют на себе раны и молча тянут к нему свои руки (назовём это архетипом Герасима - Му-Му, когда жертвы молчаливо взывают к беспомощным исполнителями приговора). Мелькает в кадре и крыса. У неё вместо глаз – чёрные дыры. В самый ответственный момент из них начинает сочится – сами понимаете что.
В итоге мистер Уно подсаживается на снотворные, дабы проводить больше времени с всеблаженным Христом. Иногда судье кажется, что он ребёнок. Он садится к Иисусу на колени и разрешает ласкать себя. Это мы видим отдельными сюжетами. Из них и узнаём о том, что его жена должна родить и всё такое.
Но вот приходит ночь - и Сын Б-жий оповещает Массимо о том, что скоро придёт конец их общению и он покинет сны бывшего убийцы. В следующю ночь герою снится ужасающая сцена: американские солдаты под гимн США распинают самого известного человека родившегося в Назарете. Они забивают пули в конечности Христа прикладами (ну а как же без антивоенной тематики).
Мистер Уно просыпается в поту. В эту ночь за окном льёт дождь. Он включ свет и шепчет молитву. Де Ниро похудел, его взор стал прозрачным и рассеяным. На белой стене за его спиной видим линии дождя.
Стена превращается в пергамент, дождь в ч/б анимацию в стиле сюжетов из библии. Потом картинка становится цветный камера имитирует полёт пули. Она приближается к голгофе и вонзается в черепную коробку распятого сына Б-жьего. В этот момент Христос мутирует в убитых и казнённых Массимо людей. Потом крест рассыпается в прах. Превращается в песок (крупным планом). Пауза. Камера медленно отъезжает. Видим дохлую крысу. В её чреве копошатся черви. Музыкальный фон – ритмичная какафония. Она превращается в шум настраемого радиоприёмника. И вот мы уже в полицейском участке, где и пытаются выловить нужную волну.
Именно там оказывается Массимо Уно. Он пришёл рассказать свою историю. Ему не верят и предлагают похмелится.
Куда-нибудь сюда можно впихнуть спецэффект. Разворот книги – буквы начинают скакать и прыгать. В итоге они складываются в альтернативгный текст. Исходник «Зу шпре Заратустра», на выходе – «Преступление и наказание» (всё в английском переводе). Никто не догадается – зато концептуально и красиво. Самые любознательные воспользуются стоп-кадром.
Через некоторое время бывший судья попадает в психушку. Из вещей при себе он имеет только икону и крестик купленные накануне.
Парарельно с этим идёт внутренние расследование действий войск во Вьетнаме. И вот в архивах проскакивает мальчик застреленный главным героем. Молодой следователь (Бред Питт) в шоке. Дело в том, что его жена и ребёнок такого возраста погибли во время учений - их переехал пьяный солдат на танке. Он летит в далёкие края, дабы найти труп, провести экспертизу, собрать сведения. Он не может поверить, что американский солдат способен выстрелить в ребёнка. В конечном итоге выясняется, что пацана застрелил советский шпион, дабы дескредитировать войска США. Бред Питт пытается найти всех участников подраздениея снайперов, которые присутсвовали в регионе, где был убит ребёнок.
К этому моменту бывшие солдаты оказываюся либо мертвы, либо в недосягаемости. Один застрелился, другой погиб, третий стал киллером и так далее. Остаётся только судья. Но он в дурке и окончательно невменяем. Только молится, кается и борется с демонами. Они появляются каждую ночь, грызут его плоть, жгут её огнём.
В общем, копипейстим монстриков из DOOM III. Красных, жилистых, пылающих. Со злобными зубастыми харями и впавшвми, как у сифилитиков, носами, из которых идёт пар.
А главврач лечебницы давно в союзе с Мефистофелем. Он предлагает мистеру Уно продать душу Дяволу – за этобывший судья забудет о мальчике навеки и его покинут всякие видения. Старый солдат отказывается – он хочет испить чашу до дна и получить искуплние.
По ходу действия нашему герою случайно попадает в руки история болезни пациента...
Индустриальный пейзаж. Бочки, голые стены, антенны, лестницы, минимум движения и максимум железа. Одинокое кирпичное здание, которому всё это пренадлежит, символизирует заброшенную фабрику. По непонятными причинам там работают лифты и вентиляторы. Последние немного оживляют атмосферу бросая вращающиеся тени и издавая хлопающий гул. Цветовая гамма приближается к тёмнокирпичному цвету. Вокруг пыль и отдалённые зойки города. Мальчик вместе со своим лучшим другом – это жёлтая канарейка зажатая в руке – гуляет по фабрике. Внезапно птичка вырывается из рук и попадает головой в вентилятор. Голова падает на серый песок.
Парень приходит домой. Он долго пытается найти нитки цвета канарейки, но обнаруживаеть лишь чёрные. Ими пришивает птице голову. Сии манипуляции не помогают. Смерть необратима.
Перед нашими глазами окровавленный белый лист бумаги (ребёнок – это типа чистый лист, а кровь на нём символириут насилие). На вышеописанном располгается жёлтосалатовая птичка. Она находится в центре мутных разводов багровых оттенков. У основания её головы крупные стежки чёрной нитью. Они неровным зигзагом врезаются в хрупкие перья. Камера фокусируется на застекленевших глазах-бусиньках канарейки, в них – отражение рыдающего юнната.
С тех пор мальчик начинает боятся вентиляторов и теряет всякое доверие к хирургии. Со временем он перестаёт выходить на улицу – боится пораниться. Тем более, вращающиеся колёса машин слишком сильно напоминали ему движущиеся лопасти ветрогонного девайса. К 18-ти годам он попал в лечебницу. Его держали в одиночной камере (конечно же в той, в которую на ночь перемещали Массимо Уно, ибо её могли навещать демоны – догадывается зритель). Вскоре парню резко стало легче. О канарейке он больше не упоминал (душу продал – вот и позабыл всё, подлец и негодяй!).
Но вернёмся к нашему Де Ниро в комнате с белым потолком. С момента распятия Христа проходит сорок дней. Иисус снова является судье – как новенький. Массимо несказанно рад возвращению сына Б-га и в слезах и стонах настаивает, что хочет очистится. Иисус говорит, что для этого надо пройти боль и унижение. Он предлагают акт пассивного анального секса как катарсис («очищение через страдания», в этом отрывке содержится глубокая христианская мораль метафизического толка, акт содомии не надо воспринимать буквально – церковь сего никогда не поощряла) со всеми кого он застрелил. Массимо соглашается (лучше отдать тленное тело мёртвым гомикам, чем душу вечную - Дьяволу).
В эту ночь на город обрушивается дождь, гром и молния. Горит электростанция. Красные языки пламя вытиевато разрезают тёмно фиолетовое небо.
К станции подключенна больница, в которой лежит беременная жена Уно. Она должна рожать. Роды принимает молчаливая женщина. Благодаря воспоминаниям, становится ясно, что она была безответно влюбленна в главного героя. Его жену она узнаёт в палате. В этот момент гаснит свет. В руке акушерки мелькает скальпель.
Утро в сероголубых оттенках с разноцветными вывесками. Типичная америка. Негры поют и пляшут. Белые озадаченно шагают на работы. На улицах подгретая солнцем метушня. Молодой следователь уверенно врывается в лечебницу и требует аудиенции главврача и разрешение лицезреть Массимо Уно. Жёстий волевой тон Бреда Питта побеждает скользкие уловки работников в белом. Его ведут к бывшему судье.
Последнего обнаруживают мёртвым и голым. В анальном отверстии трупа – прицел от снайперской винтовки. Этот прицел – через который он видел застреленного вьетнамца – Массимо всегда носил с собой. Он и был фетишем вызывавший возбуждения, когда мистер Уно работал судьёй.
Всё, казалось бы, кончается абсолютно не мистично и вроде понятно. Больная совесть и снотворное разлагали психику и вызывали видения; моча была красной из-за малиновой настойки выпитой вечером; главврачь использовав клише о продаже души дьяволу, чтобы лечить пациентов - даже имел патент на это; комната – всего лишь совпадание; о прицеле в попе – молчу, и так всё ясно. Но только наблюдательный зритель заметил, что с крестика бывшего судьи исчезла фигурка Иисуса, а на иконе у Богоматери улыбка стала чуть шире.
Чёрный экран. Тишина. Слышим детский крик.
Персонаж Бреда Питта находит жену и ребёнка нашего героя. Он узнаёт о том, как героически принимались роды. Скальпелем акушерка (которая - некогда любовница) пересекла провода и прочую хрень. Она перетащила роженницу в освещённый пожаром участок больницы, где и появился на свет б-жий Уно-джуниор.
Следователь торжественно клянётся рассказать сыну погибшего американского солдата о том, что его отец был настоящим патриотом и ему не за что себя корить. Гимн США, улыбки, статуя свободы...
The End
Но всё это мерзко и безобразно. Разве культурные люди любят американское кино? Нет, конечно. Они его смотрят, чтоб потом снобливо херить под выпивку на засоренной кухне.
Вот. А я по утрам предпочитаю рокнролл и сладкий кофе. Со сливками.
ПИСИ так как ряд моих тем в НТ с завидной периодичностью закрывались, возможно, буду повторятся, выкладывая старые вещи... 
|