|
Зеленый Глюк
Регистрация: 12.05.2010
Сообщений: 8
Адрес: Курск
Рецептов: 0
Сказал спасибо 0 раз(а)
Поблагодарили:
Благодарностей: 0 в раз(а) темах
: 0
|
Все три года наших отношений были дорогою к этому. Все эти годы я дышал тобой и ждал, что рано или поздно ты произнесешь эти убийственные слова. Я целовал твои ноги и готов был вынуть из своей груди сердце, если бы только тебе этого захотелось. Я был счастлив и вместе с тем знал, что рано или поздно всё закончится, и чем дольше продлится моё счастье, тем больнее будет расставаться с ним...Я знал, что разочаруюсь в тебе так же, как тобою как тот очаровался. За любое счастье приходится расплачиваться, любое счастье дано взаймы... и всегда уходит, уходя, оставляет лишь пустоту.Я сижу сейчас в своей комнате. Твоя фотография стоит на столике в красной рамке. Молодая светловолосая девушка с лёгкими веснушками на нежной коже, с большими светло - карими глазами, в очках - о Боже мой, как всё это было мне дорого!Я беру фотографию и, не глядя, бросаю её вместе с рамкою в мусорное ведро.Ты сказала мне, что я больше тебе не нужен, ты призналась в этом, не зная, что убиваешь меня этими словами. Ты просто и равнодушно сказала: - Знаешь...у меня больше нет желания тратить на тебя своё время. Я не хочу и не собираюсь что - то тебе объяснять. В общем - лучше всего будет больше не общаться.И ни жалости, ни грусти, ни хотя бы угрызений совести. Изящный стилет в твоей руке легко приник между рёбер и пронзил моё сердце, а ты продолжала улыбаться, как будто секунду назад не убила меня. Да, мизерикорд твоих слов лишил меня жизни, и это не метафора, но реальность, то, что произошло со мною в тот момент.Я не заслужил этого. Ты же, вероятно, не считало злодейством то, что сделала со мною этими словами.Ты, не сомневаясь и не мучаясь, перечеркнула три лучших - о да, лучших, ибо никто не сможет быть для тебя тем, чем мог быть я! - года своей жизни. Когда мы познакомились, мне было четырнадцать, тебе -шестнадцать. Эта разница не смущала ни тебя, ни меня. Впрочем, она почти не была заметна, более того - теперь, в свои семнадцать я кажусь старшетебя.\Есть ли кто - то, кто полюбит тебя так же? Есть ли в мире что - то, что было бы крепче, чем мои чувства? Мы любили друг друга вопреки всему и всем, вернее -любил я. Что же до тебя... здесь ничего нельзя сказать определенно. Но одно можно сказать - ты равнодушно и без сомнений убила меня, когда тебе этого захотелось. Я не мог ответить на эти твои слова, слишком отчётливо ощущая их у себя под сердцем. Ты смотрела бесчувственно и невинно, и очки удваивали твою невинность и беззащитность. Думаю, ты ожидала, что я соглашусь с тобою и забуду обо всём так же легко, как уже позабыла ты.-Другой? - спросил я, когда снова смог дышать.-Нет, просто...просто я больше не люблю тебя и не хочу иметь ничегообщего с тем, кто больше не нужен мне. Пожалуйста, не звони мне больше.\-1-Я не понимал, откуда в тебе столько жестокости, которая до сих пор скрывалась за пеленою моего слепого преклонения.Я влепил тебе две пощёчины, очки упали на пол -я наступил на них и услышал хруст раздавленного стекла. Ты не ожидала этого. Твой остекленевший, полный негодования и непонимания взгляд застыл на мне. Непонимания! Небеса, ты ещё не отдаёшь себе отчёта в том, чем для меня стали эти слова!Я ударил тебя сильнее, и ты упала на пол. Всё изменилось в мох глазах, всё стало не таким, каким было раньше. Передо мной на ковре, неприлично раскинув ноги, сидело какое - то безобразное существо с текущими по покрасневшим щекам слезами. Оно шмыгало носом, пытаясь втянуть стекающей на перекошенные обидой и болью губы кровь и шарило вокруг себя растопыренной пятернёй, пытаясь нащупать очки, минутой ранее раздавленные мною.Я засмеялся, хотя мне вовсе не было смешно. Невыносимая мука с кровью разливалась по моим венам, отравляя каждую клетку моего тела, и смех был скорее проявлением овладевшей мною истерии, нежели чем - то иным.Если бы мне захотелось - я мог бы убить тебя. Но я не думал об этом. Мне было вполне достаточно твоего унижения. Ты умерла для меня, и это -самое главное, а живёшь ли ты для других, неважно."И это я любил. И из -за этого не спал ночами и лил слёзы. И этим я жил, и для это рад бы был принять смерть. Боже мой, как незаслуженно много времени, сил, чувств было отдано - кому???" - думал я, глядя на тебя.Ты была моей Богиней, но настало время низвергнуть идолов, идолов, обманувших, предавших - мою любовь, верность и в первую очередь -собственно тебя.Я смеялся, но под смехом следовало, понимать истерические рыдания.Мне хотелось плакать - однако вместо этого я задыхался, корчась в каком - то припадке, каких раньше со мною никогда не случалось.Ещё не совсем успокоившись, я вышел на улицу, оставив в прошлом всё, что до недавнего времени было мною, а следом тихо кралось безумие. Яд твоих слов проник в моё сердце и распространялся во мне.Я не могу в полной мере понять и объяснить то, что случилось со мною. Ни в одной книге, ни в одном фильме я не встречал описания чего - либо подобного. Меня не было, и это не фигура речи. Я больше не чувствовал и не осознавал себя, как не осознавал и ничего вокруг. Став всем, я одновременно стал ничем. Не было мыслей, не было желаний и чувств - не осталось ничего, ни во мне, ни вокруг.Ветер гнал по асфальту золотые листья, закруживая их в лёгких вихрях, небрежно руководя их сложным танцем. По небу беспокойно неслись тёмные и серые клочья облаков, однако для меня ничего этого не существовало. Я не знал, что движет скачущими и кувыркающимися на тёмной плоскости жёлтыми и оранжевыми лоскутами, не знал, что за ребристая, рыхлая завеса в виде купола накрывает собою нагромождение кубических, местамимногоцветно огнистых форм и мельтешащих во все стороны блестящих движущихся предметов. Конечно, теперь я могу сказать, что это были лисья, облака дома, машины, но тогда я не осознавал далее себя, и поэтому не мог понимать, что окружает меня - красные тельца крови, туманности, графического выражения математических уравнений, материализовавшихся в поток мыслей.Я растворил в себе весь окружающий мир. Я растворился в нём, и не стало ни меня, ни мира. Всё умерло вместе со мною. Я единомоментно был всем, и вместе с тем не был ничем.Моё "я", мой разум, моё сознание было разрушено, и вместе с ним разошлось всё, что окружало меня. Я шёл вникуда, не понимая, что иду. Механически кусая пальцы, я чувствовал солёный вкус и не чувствовал боли. Мне не хотелось умереть, не хотелось ничего, потому что для того, чтобы иметь желание, надо иметь самосознание, а меня тогда в полном смысле слова не существовало, вернее -я не знал, что существую.Ни в одной книге я не читал о подобном состоянии. Нет, вероятно, я не первый, кто это пережил - но одни не могут рассказать о своём опыте из-за того, что боятся непонимания, а другие из - того, что не смогли снова стать собой (эти уже никогда и никому ничего не расскажут...).На сером неистовом метались золотые и багряные лохмотья. Высокие метёлки мокрых прутьев шумели и раскачивали вершинами, задевающими клокастый купол. Некие чёрные и бурые продолговатые предметы, покачиваясь, бродили на моём пути. Когда я приближался, они разворачивались, становясь подобием крытых булыжников, и поднимались куда - то в воздух, издавая какой - то хлопающий шум.Это сейчас я описываю всё привычными словами, "булыжники", "купол", "метёлки"... тогда же во мне не было никаких слов, и всё окружающее я воспринимал не как что - то знакомое и не так, как человек в своём уме воспринимает неизвестное и старается его осмыслить, нет - всё вокруг было нереальностью, а скорее впечатлением, ударом по органам чувств, ибо рассудка я был лишён. Я ощущал, не сознавая. Шум автомобилей и голоса прохожих были всего лишь протяжным и неутихающим гулом, подхваченные ветром листья - цветовым вихрем, запах бензина - навязчивым и неприятным составным элементом вдыхаемого мной воздуха, вкус крови - незнакомым солоноватым вкусом...Я шёл, не обращая внимание на то, что окружало меня. Собрание разрозненных чувств, тело, лившееся души, зеркало, отражающее всё, попадающее в поле зрения, но ничего не осмысливающее, я шагнул на автомобильную трассу и направился наперерез сияющему и шумному, искрящему всеми цветами спектра потоку. Объекты, составлявшие поток, останавливались с резким визгом. Один из них задел меня - не сильно, но я не удержался на ногах и упал на твёрдое плоское полотно, то есть сначала мне показалось, что мир перевернулся, и мы с этой плоскостью вдруг стали параллельны. Я упал, как до этого ты, но ничего не почувствовал, поднялся ипошёл дальше, не заметив, что штаны на коленках разорваны об асфальт, а с искусанных пальцев и ободранных ладоней стекает кровь.Я дошёл до странной воздушной дороги, под которой волновалась, переливалось бликами, дрожало сетчатой рябью, какая - то нежная подвижная гладь. Это была река. Я не знал этого, но остановился, зачарованный её неярким мерцанием, её живой дрожью. Её сероватый цвет напоминал цвет бегущих в вышине нервных клочьев, однако её движение было совершенно иным. Оно завораживало свом мерным покоем - и моё зрение (я не говорю "я", потому что меня как единого целого, как синтеза сознания и чувства не было) прильнуло к этому покою.Я стоял над водою. Нет, у меня вовсе не было намерения шагнуть за перила - как не было каких - либо ещё намерений. Живая, играющая, поблёскивающая бледными отсветами гладь приковала к себе моё внимание, заражая своей безразличной негой. Ещё немного - ия стал бы подобен этой реке, и ничто уже не смогло бы вернуть в исходное состояние мой разрушенный разум.Но чьё то неожиданное прикосновение остановило процесс моего внутреннего распада. Да - кто - то ненавязчиво обнял меня сзади, и я обернулся.Это была незнакомая мне девушка. Кажется, она обозналась, приняв меня за кого - то ещё. Она ничем не была похожа на тебя: меньше ростом, года на четыре младше. Красная куртка красиво идёт к красивым волосам. Яркая помада.Она ошиблась. Её шокировал мой безумный вид, однако, как ни странно (атласная, бледная кожа стала ещё бледнее, зрачки удивительно расширились, алые губы слегка разомкнулись...),она не отошла смущенно в сторону, а осталась рядом со мною.Я молчал. Разум мой постепенно возвращался ко мне, и я пытался собрать самого себя из разрозненных частей. Это - небеса, облака, мост, река, птицы, это - чей - то разговор и рёв машин, это, наконец, я...Понятие, ещё не слова, возникали в моём обновившемся сознании. Девушка что - то сказала мне, но я уловил лишь интонацию её речи. Я взял её за руку, подержал немного и отпустил, запятнав её ладонь своей кровью. Её взгляд выражал одновременно целую гамму разнообразных противоречивых эмоций.Я снова стал собою, вместе с чувством реальности ощутив боль. Но это не была боль твоего предательства, нет -я пережил это.Я чувствовал себя перерождённым. Всё, что умерло со мною, воскресало - всё, кроме тебя. И твоё неприсутсвие в моей жизни вселяло в мою душу странный и тёплый покой.Давно надо было избавиться от этого нелепого чувства, от привязанности, на которой для меня было замкнуто мироздание. Да, я отдал тебе всё, что мог отдать, отдал больше, чем взял с тебя. И я не жалею об этом, нет! Я не жалею ни об одной минуте, которую провёл с тобой. Но прошлое умерло безвозвратно, и у меня нет желания и сил воскресить его.Я пошёл домой.Часть города, где я оказался, была мне оказался, была мне незнакома, и было сложно понять, как найти обратный путь. Смеркалось, и окна домов загорались жёлтым. Подумать только - за каждым из этих стёкол сидит кто - то. Подобный мне и не похожий на меня, с какими - то своими мыслями, своими тревогам... Над магазинами зажигались яркие неоновые буквы, чудесно соединяющиеся слова. Я видел это словно в первый раз, но теперь мог всё понять, всё осознать и осмыслить, познать, насколько прекрасно всё, что никто не замечает... Мне отрылась красота огней рекламы и сияющей тысячами фар дороги, игра света и тени на бледных лицах незнакомых прохожих. Мир дышал и двигался - мой, блистательный, и тебя в нём не было. Нет, ты не умерла ты просто никогда и не существовала. Ты была моей фантазией, моей выдумкой, облачившейся в тело и ставшей для меня реальнее, чем то, что на самом деле было явью.Все эти годы я предавался мечтам, но наступило время от предавшей грёзы.Пошёл дождь. Вода небес стекала по моему лицу, смешиваясь со слезами. Я убеждал себя в твоём небытии, но что - то возражало и не давало мне окончательно разувериться в реальности всего ушедшего... Мне стало легче, когда я смог плакать, но не по тебе, а только по себе, по своим растраченным чувствам, по своей ненужной юности...Дождевые капли, мелкие дробинки осеннего дождя, летящие в свете фонарей и фар, казались взвешенными в воздухе мелкими золотыми искрами. Они оседали на моих волосах и одежде, но я не обращал на это внимание.Ты убила меня, и со мною умер весь мой мир. И вместе со мною он воскрес. Всё вокруг было обновлённым, и я тоже был совсем другим, чем до этого.Странно. Без тебя всё стало иным, более того - всё стало лучше и ярче. Раньше ты была светилом вселенной, однако, светилом ложным. Твои лучи не озаряли мира., а обесцвечивали его, и мне казалось, что в нём ничего кроме тебя, всё же остальное - миражи, блеклые тени, обман зрения.Фальшивый светоч угас, и я увидел всё совершенно по - новому. Ушедшее казалось странным сном, блужданием в тёмном лабиринте, путешествием в бессонных, бессолнечных морях тумана. Пелена твоего света упала в действительности, и я отчётливо увидел, что ты не была центром мироздания, не была тем, чем мне казалось, более того, вообще не была.Всё стало решительно другим, и прекрасное преображение коснулось всего, на чём останавливался мой взгляд. Я никогда раньше не дышал, как в тот момент, никогда не видел так отчётливо. Я не замечал безукоризненность дождевых капель в лучах жёлтых фонарей, не знал, что в подобном освещении оно создают вокруг них нечто напоминающее радужный нимб, не смотрел в даль, где гирляндами непрерывно движущихся огней простирается изборожденное артериями улиц, растущее и дышащее без пяти минут тело города.Я не заметил бы сидящую под крылечком, какого - то небольшого частного дома полосатую кошку, подвернувшую под себя передние лапки и опоясавшуюся хвостом. Роскошный хвост в чёрных и коричневых кольцах, узоры из тонких извитых полос на длинной мордочке, раскосые зелёные глаза и пышные белые усы...Я смотрел на эту кошку несколько минут, она тоже смотрела на меня - полосатое пушистое животное с глазами цвета бутылочного стекла. Я всегда любил кошек, и ненавидел собак.То, что кошка сидела на сухом крыльце, напомнило мне о том, что сам я промок до мозга костей. Листья уже не кружились, не плясали на сером асфальте. Тяжёлые, сырые, они лежали в лужах и на тротуарах, и никакой ветер не заставил бы их летать по - прежнему. Скоро ударят первые морозы, и их потускневшее золото вмёрзнет в лёд, высушивший лужи.Я искал дорогу домой. Странно, но можно прожить в этом городе целую жизнь и не знать всех хитросплетений его дорог. Да, к своему стыду, я не ориентировался среди неизвестных мне домов и построек, и каждая из табличек с названиями улиц говорила мне о моём незнании, безразлично сообщая, как пройти куда - то не туда.Дождь, мелкий осенний дождь, точно шизофреник, болтал сам с собой, шумел в ветвях деревьев, звенел по окнам, крышам и подоконникам, мурлыкал, стекая с карнизов. Раньше, когда единственным милым мне голосом был лишь твой звонкий голосок, я не слышал ничего вокруг - ни песен птиц, ни шума ветра, ни лепета дождя, но теперь... теперь я стал свободным, имногозвучье мира, голоса жизни, окружающей меня, зазвучали по - новому, сильнее, отчётливее и иначе.- Конечно, я приду сегодня к одиннадцати. Жди! - навстречу мне шла и говорила по телефону неизвестная мне девушка. Раньше бы я не заметил ни её, ни её слов, ни рассыпанных по воротнику шубки длинных волос, ни высоких фиолетовых сапожек на её ногах. Кажется, у тебя были такие же, но сейчас я уже сомневаюсь в этом.Раньше... раньше в мире не было никого, кроме тебя и меня, и мне казалось, что без тебя он станет пустым.Однако всё оказалось совсем не так - когда тебя не стало, я смог увидеть, что меня окружает.Я дышал свободой, и моё сердце билось теперь не для тебя.Коричнево - серое, несколько вычурное здание книжного магазина подсказало мне, где я нахожусь. Часы показывали десять часов вечера. В десять утра я вышел от тебя. Половина сегодняшних суток изменила меня больше, чем изменила бы половина прожитого тысячелетия.Я окончательно убедил себя в том, что ты никогда е существовала в моей жизни, и теперь, если даже ты вернешься и будешь молить у меня прощения - я просто не пойму, что ты имеешь в виду.Книжный магазин - супермаркет - дом. Вся моя семья чинно сидела у телевизора. Никто из них даже не поинтересовался, где я был и что со мною. Тем лучше - им вовсе не обязательно знать о моих чувствах и о переменах, свершившихся в моей душе.Я достал телефон. Два пропущенных вызова. Твой номер, твоё имя. "Кто это???" - подумал я, но не вспомнил и удалил незнакомый контакт из своей телефонной книги.За стеною играла музыка, не грустная, более того, довольно весёлая. Я не стал прислушиваться к ней, ведь даже эта глупая музыка стала для меня другой...она говорила мне совсем не то, что сказала бы раньше, ее раздражала, а приглашала ко сну.Да, я устал, потому что за весь этот день ни минуты не отдыхал. Не обращая внимания на мокрую и грязную одежду, я устроился в постели не в твоих объятьях, а лишь в объятиях Морфея, уезжая в вечность.Всё ночь мне снились странные и диковатые сны, в которых всё выглядело так, точно я смотрю вокруг через какие - то красные очки. Суть их осталась мне непонятной. В памяти чётко отпечаталась цветовая сумма приснившегося.Я не знаю, о чём были эти сны, но знаю, о чём они не были. Я не помню, что в них видел, но точно помню, чего не видел.Там совершенно точно не было тебя, и это означало, что ты мертва не только в моей яви, но даже и в моих снах.Ты когда - нибудь поймешь, кого потеряла. Когда - нибудь ты будешь оплакивать свою ошибку, будешь молиться о том, чтобы всё, от чего ты отреклась, вернулось... и ничего уже не изменишь! Мне будет уже не важно. Мне уже не важно, что ты чувствуешь и о чём думаешь. Я сижу сейчас в своей комнате, твоя фотография стоит на столике в красной рамке. Молодая светловолосая девушка с лёгкими веснушками на нежной коже, в очках, с символом вечной любви на шее - то, что больше мне не нужно. Я беру фотографию и, не глядя, бросаю её вместе с рамкою в мусорное ведро. Я знаю, что моя новая жизнь- без тебя - будет лучше ушедшей.
|