|
Так жить нельзя!
В этом мире запрет на любовь выдавали,
В этом мире сжигали и строили вновь,
И опять, и опять, и опять убивали,
Воскрешая затем с новой верой в любовь.
В этом мире за деньги себя унижали,
В этом мире рыдали от тупости слёз,
И со смертью нас всех от души поздравляли,
Параллельно мечтая о близости звезд.
В этом мире на дождь наложили проклятье,
И героям осталось придумывать честь,
Запятнали судом подвенечное платье,
И уже не так сладко рисуется месть.
Так жить нельзя!
Так жить нельзя!
Потеряли икону!
Так жить нельзя!
Православная жизнь заливается водкой,
Мусульманство шагает с гранатой в руке,
Ну а вера сама пролетела сторонкой,
И осталась дышать где-то там вдалеке.
Идеалов своих воспеваем в подъездах,
Вспоминаем любить только по февралям,
И зашли в эту жизнь мы как будто проездом,
Создавая прекрасное по вечерам.
Я поднялся без лифта – этаж двадцать пятый,
Здесь любовь не живет, но открыто окно,
От напитков покрепче я стал слишком пьяный,
Захотелось мне прыгнуть – я понял одно…
Так жить нельзя!
Так жить нельзя!
Потеряли икону!
Так жить нельзя!
Все значения слов и все штампы не верны,
И от готики, честно, уже так тошнит,
С революцией к нам собираются ветры,
Но и их подавляет «Турецкий гамбит».
И стреляешь ружьем ты уже где попало,
И стремишься удариться в стенку башкой –
Как я всех ненавижу, как все мне достало,
Но не слышат меня за огромной стеной,
И от праздников здесь не становится чище,
Тот, кого не забыли – тот сам позабыт.
И опять, и опять, и опять, пепелище
Только что-то о чем-то знакомом кричит
Так жить нельзя!
Так жить нельзя!
Потеряли икону!
Так жить нельзя!
|