[@ТрансильванкА]

Да, мне было нефиг делать. Да, я, блин, употребляю. И это, блин, видно. И, да, я так вижу. Несогласных попрошу.

Прилипчивость смирительной рубашки
сковывает движение от жизни к Аду.
Мир, разросшийся до безобразия сумасшедший дом,
пакует всех в страны-палаты-пачки,
а потом скользит по своей тюрьме
безжизненным аминазиновым взглядом.
И, вроде бы, со стороны все так, как надо,
только по улицам ходят толпы сумасшедших,
верящих в свою нормальность.
Они ежедневно лопают реальность
на брызги мыльного пузыря.
Толпы сумасшедших топчут землю,
забивая пыль в глотку без ночи и без дня.
А потом где-то встает пропыленная заря,
начиная новый день в сумасшедшем доме.
Здесь выживает тот, кого не сломят.
А ломать - приоритетное задание,
чтобы иметь шелковую смирительную рубашку
да жить в палате получше.
Они всем в назидание
суют нормальных в свои дурки,
вкалывая им круглые сутки
то, что, по идее, нужно колоть им.
Другая реальность, кроме их растоптанной, -
дурь, блажь или дым.
Или еще проще - шизофрения.
И таких лечат, превращая в обыкновенных,
бродящих по квартире в тапочках стоптанных,
но все еще помнящих памятью неверной.
Помнящих о чем-то другом, нездешнем.
А санитары бродят, не замечая на себе смирительных рубашек,
живя в неуправляемом сумасшедшем доме,
закрытом на капитальный ремонт.
Психиатры не знают, что они - психи,
пихая нормальных под замок.
До конца жизни все сходят с ума окончательно,
пихая в себя одно дерьмо в молодости,
другое - в старости,
читая свои охеренные новости,
не вызывая ни грамма жалости.
Или же доходят до нормального состояния
с помощью все того же дерьма,
использованного не по показаниям.
И в итоге кончают в психушке
или просто кончают жизнь,
не дождавшись последней фразы кукушки.
Их жизнь обрывается на полуслове...
А потом начинается новый день
в неуправляемом сумасшедшем доме.
Там трое Наполеонов метят на место Сталина,
там Аттила воюет с ландскнехтами,
Иисус гуляет со вскрытыми кишками и венами,
а Гитлер бьет Чингисхана,
который с трудом зажав кровящие раны
зовет Дарта Вейдера на помощь.
Там евреи режут славян,
индейцы бьют белых,
изолируют человека от человека,
а мусульмане целуют лоб православной иконе.
Потом спят, видя сны мертвого века.
И оплеванная, расплавленная заря встает,
согнувшись в поклоне.
Начинается новый день
в неуправляемом сумасшедшем доме...