[@Terra cotta]

спасибо...что помните...

Жёлтый цветок.
Поток эфирного песка чуть больше, чем вчера, прогрел,
А мы уж веруем в глобальность потепленья
Ещё не заболевших душ в простуженных рубахах тел.
А папа Карло в зиму сжёг свои поленья.

И белый лист, её портрет, висит в квартире чудака.
И болтовня осядет инеем на гландах –
Так тянутся узоры фраз, (по льду коньком ничья рука),
Чтоб прочертить полозьев след под бой курантов.

Гербарии идейных клятв покоятся в томах В.И.,
Как будто летом замороженные мысли:
Под чай о снегопадах снов и о метелицах любви,
Пока все льдинки откровений не погрызли.

И сквозь снежинки на окне смотреть на дворников и знать,
Что труд бессмысленный, а снег ещё желтее…
Когда же жёлтому цветку в эфире радостно сиять,
Не акварельному, не из бумаги с клеем?..

Чудак, засохшие цветы тебе милее, ближе, что ж!..
Но не выбрасывай лимонник – он приятен.
Он внесезонен, всё равно, что нынче – свитер, брюки клёш –
Он жизни жёлтому цветку большой приятель.

Дарите жёлтые цветы тому, кто вам не будет рад,
И на семи мостах бросайте их под ноги…
И, как в шекспировском саду, в цветущем камне – Ленинград,
Забывший солнце, вылезает из берлоги.

Рыцарь.
Ты громыхаешь чувствами,
Латами антиромантика.
Если любовь искусственна,
То, поклоняясь мантии,

Подвигов неоправданных
Не совершай, не траться зря.
Сваи любви кувалдою
Только одной забить нельзя.

Ты не падёшь под стрелами,
Страх твой героям невдомёк.
Кто выбирает белое –
Необязательно одинок.

Что ты зовёшь, что мечешься?
И за забралом – печальный взгляд.
Ты гарцевал пред вечностью,
Зная заранее – маловат.

Плюнь на фортуну, будь честней!
Может быть, худшее – твой удел.
Имя не так уж позорно Эй*,
Если не быть пересмотру дел.

Выбился в люди – будь здоров!
Антиромантик, слуга копья.
Круглых вздыхаешь пыль столов,
Жизнь прошагавший по их краям.

*Че с кубинского «эй» (Че Гевара)
***
Я тень от ключа в замочной скважине,
Пятно, надышенное на зеркале.
Шершавые нервы мои разглажены
Переработками, перепроверками.

Быть может, сомненья мои оправданны,
И зря недоверие масс оформлено
К «не тем» со скрытыми в душах кладами
И к новой заре зовущих с горнами.

Я не из тех, я давно окислилась,
Шагаю маршрутами неприкаянности.
Казалось? Было? – Любя неистово
Все недорисованности и неспаянности,

Не добивалась ни цели, ни цельности
И вот потерялась. Нашедший – бросьте
Меня из нечёткостей акварельности
К добру засидевшуюся гостью.

На том пиру – я как будто с паперти,
И даже солнце в глазах померкнуло –
На два обороты все двери заперты,
И люди не любят смотреться в зеркало.