Черная Лун@
26.08.2007, 13:44
Это давнишние стихи:
Спросила ты у входа в новый день,
У стен спросила,
У окна,
У музыки, слетающей с чужого языка.
Вопрос не громок и не внятен,
И, разве только, ей самой понятен…
Не дождалась ответного звонка.
И каждый день с молочной чистотой рассвета,
Твердя уставшие, распятые слова,
Ей слово «Где?» в холодный дождь одето,
И в сердце кто-то очернен вновь добела.
* * *
По чужой изогнутой душе,
По тропе идущих по стеклу,
Под беззвучный реквием мечте,
От которой пепел на ветру.
В кровь колени, -
Руки в дождь по-локоть!
По углам просторным и сырым
Треплет ветер непослушный локон,
Разрывая рывками дым.
Сны-дороги, ведущие к дому…
Как-то хочется вспять повернуть
Все бы вроде до боли знакомо –
Так и хочется здесь утонуть.
Не говорите слов пустых,
Пустых признаний не бросайте камни –
Слова боятся лжи бесславной,
Запутавшись в бесчувствии иных.
И если «три заветных…» так легко
Произнести,
И грудь иглой не колит,
Молчи, я говорю тебе! Молчи!
Твои слова самих себя не стоят.
* * *
Он не поэт – он сто чертей в одном,
Он плавит воздух стужей и костром.
Слова мои лежат и не дышат,
Слова не знают, зачем их пишут.
У слов дороги к нему все короче,
У снов пороги цветные в ночи…
Боюсь, что закончат писаться стихи:
И боль отступает, и нету тоски.
…А мы живем с тобой
Гуляя и тоскуя,
Живем по разным сторонам стены,
По-прежнему живет, ликуя
Наш город торжества беды.
За протяженность наших расставаний,
За встречи мимолетные и взгляд,
За голос, прерываемый ветрами
Я совершу молитвенный обряд.
За будущее горькой встречи,
За вечность ее тихой красоты,
За руки, отпускающие плечи,
Спасибо, город торжества беды.
А вот свежак:
Вкус у воды простой,
Вкус такой мягкий.
Легкий поток пустой,
Звонкий, искрящий.
Самый волшебный глоток
Бегущей по трубам воды
Самый последний вздох
В каждой секунде мечты.
* * *
Вот идет войной
Мир на нас с тобой.
Вот стреляет в нас
Больших голов указ.
И смердит поток –
Рук больной порок.
Поведет в конвой
Мир и нас с тобой,
Только нам идти
На своем пути…
На своем пути
Так смешон конвой –
Там играют все,
Даже мы с тобой.
«Мир изменился, изменилась ты,
Кому это надо – наверно, тебе,
Жить стало душно, в воздухе – смерть,
Тебе так нормально, а мне еще – нет»
Глеб Самойлов
Сердце скрючили в конвульсии
Чужих речей тяжелые случаи,
Свет маяка – это радуги свет –
Если он есть, то его сразу нет.
Товарищ, кого обмануть ты пытаешься,
Заметь, ты с чужою игрушкой играешься.
Что за забава, я в толк не возьму:
Ты только вздохнул, а тебя в узду.
…Вот ты и свыкся с просветом чуть видимым.
Теперь незачем вовсе становиться невидимым.
И (лучше не скажешь) хочу повторить:
«Мир не резиновый, куда же свалить?»
* * *
Очень, наверно, ему смешно –
Сверху все видно,
А нам все «грешно».
Как ему быть?
Не о том он писал.
Знать, самому любопытно,
Каким выйдет финал.
Ну же, возьми игру под контроль,
Убей эту правду, сожги эту боль.
Выдай фарватер иль нажми на курок,
Сколько, бля, можно плевать в потолок?
А, может, не так все и я ошибаюсь?
И, может, он – гения, а дурью маюсь?
Ведь можно в теории думать по-разному…,
А сценарий написан, а роли все разданы.
* * *
(Поясняю: это стихотворение написано как ответ на стих одного человека)
Наш создатель и правда не очень хитер…
Как там? Курит трубку? И слушает «Блер»?
Он, вероятно, тогда перепил,
Когда тебя близко ко мне подпустил.
Потом было поздно – чертили путь,
ТАМ весело ржали, а мы били в грудь.
Знаешь, а путь не так просто закрыть,
Легче, конечно о нем забыть.
Только ведь это не выход не волю –
Фразы типа: «Я того не стою»…,
А потом самому смешно:
Уходило и снова пришло!
Так что, знаешь,
Ты бегай по кругу,
Ищи там себе свою.
Мне не страшно. Держи ее руку,
А я на тебя посмотрю.
И,наконец,самое последнее:
Вот он - стол...,
А вот он - стул...
И когда-то все это было важно.
Горела свеча -
Свечу кто-то задул...
И в сущности это все тоже лажа.
Если бы выбросить все это к матери,
Если б все стало в мгновенье короче,
Если б не думали,что много потратили,
Все бы тогда изменилось...,
А впрочем
это же выход! И это же вход.
И какое мне дело
Куда кто идет?!
Лишь бы не выгрызся точный расчет,
Мол, "куда он уходит и когда придет?"
Спросила ты у входа в новый день,
У стен спросила,
У окна,
У музыки, слетающей с чужого языка.
Вопрос не громок и не внятен,
И, разве только, ей самой понятен…
Не дождалась ответного звонка.
И каждый день с молочной чистотой рассвета,
Твердя уставшие, распятые слова,
Ей слово «Где?» в холодный дождь одето,
И в сердце кто-то очернен вновь добела.
* * *
По чужой изогнутой душе,
По тропе идущих по стеклу,
Под беззвучный реквием мечте,
От которой пепел на ветру.
В кровь колени, -
Руки в дождь по-локоть!
По углам просторным и сырым
Треплет ветер непослушный локон,
Разрывая рывками дым.
Сны-дороги, ведущие к дому…
Как-то хочется вспять повернуть
Все бы вроде до боли знакомо –
Так и хочется здесь утонуть.
Не говорите слов пустых,
Пустых признаний не бросайте камни –
Слова боятся лжи бесславной,
Запутавшись в бесчувствии иных.
И если «три заветных…» так легко
Произнести,
И грудь иглой не колит,
Молчи, я говорю тебе! Молчи!
Твои слова самих себя не стоят.
* * *
Он не поэт – он сто чертей в одном,
Он плавит воздух стужей и костром.
Слова мои лежат и не дышат,
Слова не знают, зачем их пишут.
У слов дороги к нему все короче,
У снов пороги цветные в ночи…
Боюсь, что закончат писаться стихи:
И боль отступает, и нету тоски.
…А мы живем с тобой
Гуляя и тоскуя,
Живем по разным сторонам стены,
По-прежнему живет, ликуя
Наш город торжества беды.
За протяженность наших расставаний,
За встречи мимолетные и взгляд,
За голос, прерываемый ветрами
Я совершу молитвенный обряд.
За будущее горькой встречи,
За вечность ее тихой красоты,
За руки, отпускающие плечи,
Спасибо, город торжества беды.
А вот свежак:
Вкус у воды простой,
Вкус такой мягкий.
Легкий поток пустой,
Звонкий, искрящий.
Самый волшебный глоток
Бегущей по трубам воды
Самый последний вздох
В каждой секунде мечты.
* * *
Вот идет войной
Мир на нас с тобой.
Вот стреляет в нас
Больших голов указ.
И смердит поток –
Рук больной порок.
Поведет в конвой
Мир и нас с тобой,
Только нам идти
На своем пути…
На своем пути
Так смешон конвой –
Там играют все,
Даже мы с тобой.
«Мир изменился, изменилась ты,
Кому это надо – наверно, тебе,
Жить стало душно, в воздухе – смерть,
Тебе так нормально, а мне еще – нет»
Глеб Самойлов
Сердце скрючили в конвульсии
Чужих речей тяжелые случаи,
Свет маяка – это радуги свет –
Если он есть, то его сразу нет.
Товарищ, кого обмануть ты пытаешься,
Заметь, ты с чужою игрушкой играешься.
Что за забава, я в толк не возьму:
Ты только вздохнул, а тебя в узду.
…Вот ты и свыкся с просветом чуть видимым.
Теперь незачем вовсе становиться невидимым.
И (лучше не скажешь) хочу повторить:
«Мир не резиновый, куда же свалить?»
* * *
Очень, наверно, ему смешно –
Сверху все видно,
А нам все «грешно».
Как ему быть?
Не о том он писал.
Знать, самому любопытно,
Каким выйдет финал.
Ну же, возьми игру под контроль,
Убей эту правду, сожги эту боль.
Выдай фарватер иль нажми на курок,
Сколько, бля, можно плевать в потолок?
А, может, не так все и я ошибаюсь?
И, может, он – гения, а дурью маюсь?
Ведь можно в теории думать по-разному…,
А сценарий написан, а роли все разданы.
* * *
(Поясняю: это стихотворение написано как ответ на стих одного человека)
Наш создатель и правда не очень хитер…
Как там? Курит трубку? И слушает «Блер»?
Он, вероятно, тогда перепил,
Когда тебя близко ко мне подпустил.
Потом было поздно – чертили путь,
ТАМ весело ржали, а мы били в грудь.
Знаешь, а путь не так просто закрыть,
Легче, конечно о нем забыть.
Только ведь это не выход не волю –
Фразы типа: «Я того не стою»…,
А потом самому смешно:
Уходило и снова пришло!
Так что, знаешь,
Ты бегай по кругу,
Ищи там себе свою.
Мне не страшно. Держи ее руку,
А я на тебя посмотрю.
И,наконец,самое последнее:
Вот он - стол...,
А вот он - стул...
И когда-то все это было важно.
Горела свеча -
Свечу кто-то задул...
И в сущности это все тоже лажа.
Если бы выбросить все это к матери,
Если б все стало в мгновенье короче,
Если б не думали,что много потратили,
Все бы тогда изменилось...,
А впрочем
это же выход! И это же вход.
И какое мне дело
Куда кто идет?!
Лишь бы не выгрызся точный расчет,
Мол, "куда он уходит и когда придет?"