Баллада о короле

“Баллада о Короле” от Анонимуса

Глеб Самойлов – Баллада о короле (А. Вертинский)

Сначала немного оффтопа, вот что эти ваши тырнеты говорят: “Ещё в начале 90-х Самойлов творил безысходные, но изысканно красивые сюжетные романсы («Декаданс», «Мотоциклетка») по модели «странных песенок» Вертинского – где трагичность подачи сочеталась с тончайшей издёвкой над непроходимой глупостью «богемных» персонажей. Чуть позже, во времена альбома «Опиум» Глеб усвоил на концерте приёмы жестикуляции Вертинского (но без прямого подражания), когда мгновенное движение рукой неуловимо иллюстрирует некоторые коллизии текста. Тык сюда.

Любопытно, неужели правда?) 

Сам по себе текст очень прост – обыгрывается фразеологизм “терять голову” в смысле “влюбиться” и в смысле “быть казнённым”. Мне в кажется особенно интересным не содержание, а полнейшая индиффирентность рассказчика к описываемым событиям. Мы так и не у3наем – ни как шут относится к королю, ни был ли он казнён сразу же вслед за королём, ни как король правил и за дело ли был казнён. Он просто описывает происходящие перед его глазами события, и, вообще-то запоминает их и пересказывает нам ТОЛЬКО из-за сомнительного каламбура шута. 

Это та же индиффирентность, отстранённость, что и во многих текстах Вертинского, дистанциирование, дающее возможность быть абсолютно честным, в его ариетках то и дело кто-то умирает, и чаще всего – красивые женщины, Эдгар По со знанием дела говорил, что “смерть красивой женщины, несомненно, есть самый поэтический замысел, какой только существует в мире”, а жизнь Вертинского шла через войну, революцию, голод, эмиграцию, войну, и – женщин, женщин, женщин, и, естественно – они умирали, все смерти в его песнях – настоящие, он много их видел на своём веку. Только вдумайтесь. Это не картон и не кино. Он привык. Смерть не мешает ему жить, восхищаться, петь. Она не мешает даже тогда, когда он и сам умер! 

Естественно, такой темой не мог не заинтересоваться Глеб. Потому что тут и смерть, и смех, и лицедейство, и музыка, и поэзия, и авантюризм, и плотская любовь, и изменённые состояния сознания – всё, что нравилось ему всегда – смешались в какой-то совершенно новый, уникальный и соблазнительный коктейль. Готика? Неопост? Пранеопостготика – почему бы и нет? Но короче – Вертинский. В исполнении Глеба Самойлова


Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *