ДОИГРАЛИСЬ В ДЕКАДАНС
06/06/2018

Группа «Агата Кристи» отметила 15-летний юбилей

 Я думала, динозавры давно вымерли. Оказалось, живут. Недавно группе «Агата Кристи» исполнилось 15 лет. 
       Признаюсь честно: когда мне было 15, я часто ходила на их концерты. Ходила не потому, что мне нравилась такая музыка или кто-то из братьев Самойловых привлекал меня как мужчина, — нет. Просто я была подростком своего времени. Тогда, в середине девяностых, слушать «Агату» было модно. 
       Назначая свидания, мы говорили: «Давай вечером с тобой встретимся»; на свидания одевались в черное и гордились тем, что знали слово «опиум». 
       Теперь я выросла и не слушаю «Агату Кристи». В разнообразии российской и зарубежной музыки сегодня можно выбрать то, что действительно интересно. Не всем, но лично тебе. Но «Агата» дорога мне как память, как ностальгия. Поэтому не сходить на юбилейный концерт группы я не смогла. «Ну и как новые песни?» — спросили меня друзья. Я задумалась и не смогла припомнить ни одной.
       Легендами не становятся дважды. Перепеть свои хиты братьям Самойловым вряд ли удастся. Да и надо ли? Несколько тысяч поклонников пришли в «Лужники» не за новой религией — они пришли за своим прошлым. Так же, как и я. 
       Однако Самойловы не торопятся записывать себя в расход. Они снимают черное, едут в очередной гастрольный тур и готовят новый альбом. Братья обещают, что новая пластинка получится более позитивной, чем предыдущие. Нам стало интересно…

 Ð‘ратья Самойловы

  — Откуда вдруг такой оптимизм?
       Глеб: Между прочим, еще в альбоме «Опиум» мы спели «Я оптимист, я оптимист». И после этого нас все стали упрекать в депрессивности. 
       Вадим: Ведь позитив у «Агаты Кристи» все равно своеобразный. Речь не идет о чем-то сладостном, радостном и тупоголовом. Позитив — это свет в конце тоннеля, а по тоннелю этому нам еще идти и идти. Так что это не значит, что мы наденем сарафаны и будем петь «Кострома, Кострома».
       Г.: Кстати, почему бы не надеть. По-моему, сарафаны нам были бы к лицу. 
       В.: Нет, я лучше что-нибудь мужское надену.
       Г.: Хорошо, тогда я надену кимоно с красной надписью: «Армия Алисы». 
       — Вам не надоело быть рокерами? 
       Г.: Мне очень нравится фраза одного моего знакомого: взросление — это предательство своего детства. У нас есть редкий, может быть, уникальный шанс не предавать себя хотя бы частично — на сцене, в музыке. 
       — Как вы думаете, почему ваши песни стали так популярны именно на волне всеобщей депрессии начала 90-х?
       Г.: Просто мы сами такие — немного депрессивные, это наше личное мироощущение. В 94—95 годах оно вдруг стало популярным. До этого в русском роке тоже была депрессия, но совсем другая — не метафизическая, а социальная — вспомните «Звуки Му», «Наутилус». У нас же все было направлено внутрь, в подсознание. Послушал «Агату» — все равно что к психиатру сходил. 
       — И что, всему народу был необходим психиатр?
       В.: Просто, наверное, молодым людям тогда требовалось именно то, что удалось сказать Глебу стихами, а нам — музыкой. Романтика внутри, конфликт с самим собой, а не с внешним миром. Люди ведь уже думали не только о том, как дождаться зарплаты. Наверное, поэтому череда наших побед началась сразу, практически с первых рок-фестивалей. Я тогда чувствовал в себе огромную самоуверенность. Наверное, без нее мы не стали бы тем, кем являемся сейчас. 
       — Народными героями?
       Г.: Ну, вроде того. Я анализировал эту ситуацию. В 93—94 годах для многих встал вопрос, как жить без Цоя. Звезда по имени Солнце закатилась, а новая в рок-мире не взошла. Я не хочу сказать, что мы заняли нишу группы «Кино». Но между Цоем и нами не было народных культовых команд. 
       В.: А «Наутилус»?
       Г.: Ну я имею в виду по времени — сначала «Наутилус», потом мы.
       — Почему в нашей стране для того, чтобы стать популярным, надо петь о том, что все плохо?
       Г.: Вы ошибаетесь. Спросите Филиппа Киркорова об этом.
       — Мы говорим о рок-музыке.
       Г.: Рок напоминает знакомого на улице, который в ответ на вопрос, как здоровье, начинает подробно рассказывать обо всех своих болезнях. 
       — Так зачем же это личное, то, что можно рассказать не всем, выносить на суд широкой общественности? Зачем это музыканту?
       Г.: Да потому, что не может он без этого. Эксгибиционизм — неотъемлемая часть любого творца. Эксгибиционизм — это когда плащ распахивают не перед одним отдельно взятым другом, а перед любым человеком из толпы.
       — В вашем творчестве есть и религиозные мотивы. Вы считаете нормальным говорить об этом вслух? Как вы относитесь к тому, что многие звезды используют собственную веру чуть ли не в качестве раскрутки?
       В.: Когда мы выходили с Костей Кинчевым петь песню «Мы православные», я лично чувствовал, что от этой песни идет поток, который мне неведом, до которого я еще не дорос в своем понимании того, правильно ли я живу. 
       Г.: Истинную веру нельзя использовать в рекламных целях. Зато в этих целях можно использовать дьявола.
       — Тема мистики занимает в вашем творчестве немалое место… 
       Г.: Да, и, наверное, самое главное. 
       В.: Это все из детства, из сказок, фантазий. Детство — это же сплошная мистика. Мне жалко людей, которые забыли об этом. Очень редко встретишь кого-то, кто может рассказать о каком-то чуде. Кругом одни зашоренные взрослые дяди. 
       — Но у вас получаются довольно мрачные сказки.
       Г.: Братьев Гримм почитайте. Там тоже все далеко не радостно. 
       В.: Братья Гримм у меня почему-то ассоциируются с Ником Кейвом, с альбомом «Мердер белладс». Там в каждой песне — рассказ об убийстве. А в финале все-таки звучит позитивная нотка — песня под названием «Смерть — это еще не конец». Это самое позитивное из того, что нашел Ник Кейв в своей сказке. 
       — Зачем нашему народу сейчас все эти сказки?
       Г.: Потому что есть дети, которые любят эти сказки.
       В.: И взрослые, которым необходимо о них напоминать. 
       — Почему в России так часто меняется мода на музыку — сначала все «тащились» от тяжелой депрессии, потом от легкого рокопопса и так далее. На Западе все более ровно.
       Г.: На самом деле на Западе происходили такие же потрясения. Там до сих пор есть свой рок и свой рокопопс. Просто у них не бывает такого, чтобы весь народ, всем скопом, бросался от одного к другому. Любить или ненавидеть кого-то всем миром — чисто русская традиция.
       — Вы — первые рок-н-ролльщики, которые начали делать ремиксы на свои произведения. Погнались за модой?
       Г.: В России такой моды тогда еще не было. В 1994 году электроника жила отдельной жизнью от шоу-бизнеса. 
       В.: А мы просто воткнулись в рейв — нам понравилось. 
       Г.: Вообще, для многих потребителей рейв сыграл роль первой и единственной двери в мистику, сферу мышления и мироощущения.
       — Многие считают ваше творчество пропагандой наркотиков. 
       Г.: Ага, из-за одной песни. Спасибо. Наша музыка — это пропаганда сказки. К сожалению, для большинства людей в этом тяжелом мире сказка олицетворяется с уходом от реальности и, соответственно, с наркотиками, фармакологией. 
       В.: Люди считают, что фантазия в человеческий организм сама по себе никогда не приходит. Поэтому группа «Агата Кристи» постоянно обвиняется. Даже такая песня, как «Ковер-самолет», трактуется именно в этом ключе. Наверное, для того, чтобы нас не обвиняли в пропаганде наркотиков, надо быть социалистическим или капиталистическим реалистом. Перепеть роман «Мать» какой-нибудь. Мать его. 
       — И все же ходят слухи, что какое-то время вы сами принимали наркотики. Для чего? Вам не хватало сказки?
       Г.: В определенный момент, к сожалению, да. Перестало хватать веры в нее. Это было связано с тем, что, во-первых, как всем дуракам, нам было интересно; во-вторых, нас закрутила машина шоу-бизнеса. Эта усталость, ошарашенность от свалившейся на голову бешеной популярности, огромное количество концертов, пристальное внимание.
       В.: Все это привело к тому, что мы стали чувствовать себя ужасно несвободно. Казалось, что свободу может дать только что-то искусственное. Но потом оказалось, что мы лишились даже ее остатков. 
       — Что дало силы вернуться к настоящим сказкам?
       Г.: Вера в них, которая в общем-то никогда не умирала.
       В.: В цеплянии за эти сказки, как за последнюю ниточку. Мы посмотрели в глаза своим детям… Да, был отрицательный опыт, но мы поняли, что это просто замена жизни. У нас была возможность сравнить жизнь настоящую и жизнь искусственную. Был сделан непростой выбор. Но мы считаем, что поступили правильно.
       Г.: И очень не хотелось бы, чтобы опять получилась статья о том, что вот, были наркоманами, теперь завязали и всем того же желают. Потому что отклик в душе неподготовленного читателя будет такой: а, они были — значит, я тоже буду.
       В.: А вылезти из этого удается далеко не всем. Далеко не всем. Здесь вопрос не в силе воли, характера. Это — химия. 
       — Говорят, что вы и политикой интересовались…
       Г.: Да пошла она… Мы болеем за судьбу этой страны, за судьбу хороших людей. А что касается политики, то у всех партий цель одна — встать у руля. И экономические, и коммерческие интересы у них сходны. Все они просто делят сферы влияния. 
       — Но вы же участвовали в предвыборных акциях? 
       Г.: Какое-то время мы, конечно, верили, что хоть что-то меняем. Чему-то помогаем. Сейчас эта вера пропала абсолютно. Серьезно говорить о том, что спеть за одну партию — значит, направить страну в одно русло, а спеть за другую — в другое, — ерунда полная. Во-первых, после всех предвыборных туров, которых начиная с 96-го года в стране было до фига, мы поняли, что количество артистов с той или иной стороны ничего не меняет. Все голоса подсчитаны, учтены, и расклад сил в результате будет такой, какой нужен. Сейчас все просто — кто с нами раньше договорится, с тем и поедем. Да и знакомые уже есть.
       — Я слышала, в прошлом вы активно симпатизировали одной из партий. 
       Г.: Скорее, были антипатии. Мы выступали не за кого-то, а против их антиподов. 
       Когда мы ездили за «Отечество и всю Россию», нам казалось, что мы действуем против Березовского, Гусинского, СПС, «ЯБЛОКА» и всех остальных. Коммунистам мы тоже не верили. Потом, когда ОВР органично вплелось в правительственное «Единство», мы окончательно поняли: все это не наши игры, и думать о том, что мы можем что-то в этом изменить, — глупо. 
       В.: Не участвовать в этом всем у нас, наверное, не получится, но, по крайней мере, мы не будем делать из себя марионеток. 
       — Ну почему же не получится? Почему просто не противопоставить себя политике и не ездить в эти туры?
       В.: Политика — это часть жизни. Это самый настоящий шоу-бизнес. У них свой шоу-бизнес, а у нас — свой. В нашей стране музыканты зарабатывают концертной деятельностью. Думаю, в ближайшее лето будет столько предвыборных туров за разные партии, что страна будет просто вытоптана ими. Нам тоже придется присоединиться. Тем более предложения уже получены.

Алла ГЕРАСКИНА, Новая Газета № 16

 6 марта 2003 г.
      


«Агата Кристи»: Сексуальная неудовлетворённость движет революциями
05/06/2018

2004-й год у «Агаты Кристи» выдался на редкость насыщенным. После томительного четырёхлетнего перерыва братья Самойловы наконец-то записали альбом «Триллер, часть 1» (по версии портала КМ РУ – лучшая рок-пластинка 2004 года) и сняли на заглавную песню один из своих лучших клипов. Накануне Нового года корреспондент КМ РУ решил пообщаться с Глебом и Вадимом Самойловыми «за жизнь».

Мы спросили у модели: куда она девала голову?

КМ РУ: Увидел тут по «Муз ТВ» ваш новый клип на песню «Триллер». Понравилось, сильно, хотя из него, к сожалению, мало что удалось понять.

Глеб Самойлов: С первого раза это, конечно, понять тяжело.

Вадим Самойлов: А вы подряд смотрели клип?

КМ РУ: Я смотрел его очень внимательно, правда, всего один раз.

ГС: Этот клип снимал Андрей Лукашевич – режиссёр клипа «Моряк». Тогда – как и сейчас – он изначально задумал снять такой клип, который бы был понятен зрителю далеко не с первого просмотра.

ВС: Он просто-напросто нас провоцировал на большой бюджет (смеётся).

ГС: Ну, в общем, сюжет такой. Как вы помните, в клипе «Моряк» снималась девушка – Рената из города Вильнюс. Тогда она была моделью, а сейчас, восемь лет спустя, она является хозяйкой модельного агентства в Вильнюсе, причём – довольно известного. У неё маленькая дочь, всё у неё в жизни хорошо, с чего, собственно говоря, этот клип и начинается. Мы, братья Самойловы, нанимаем частного детектива, чтобы ей, наконец, задать вопрос: куда она девала голову восемь лет назад в клипе «Моряк»? Потому что мы её так и не нашли с тех пор.

ВС: Мы не нашли ничего умнее, как спросить живую девушку о судьбе её героини.

ГС: После того, как частный детектив находит эту девушку, в её голове начинают всплывать картины её мрачного прошлого.

ВС: Да даже и не её, а её героини.

ГС: … и врываются в её счастливую и размеренную жизнь сегодня. А в конце выкапывают они эту голову и, сами пугаясь, взрывают её, на фиг, обратно. В итоге они понимают, что жизнь требовала извлечь этот «скелет из шкафа». Такой фрейдистский психоаналитический сюжет, в общем-то. Так что в конце они чувствуют оба громадное облегчение, а группа «Агата Кристи», сделав своё дело, уходит. Начинается клип с того, что мы звоним ей в дверь. Мы стоим на лестничной площадке, а наш детектив её преследует.

КМ РУ: Но там же ещё идут какие-то диалоги на совершенно непонятном языке.

ГС: Даже на двух непонятных языках.

ВС: Когда мы пытались уговорить Лукашевича сделать последний диалог покороче, он лтветил: «Это невозможно, потому что они говорят важные вещи».

ГС: Она говорит на литовском, а он говорит на западноукраинском. Это сделано для правды жизни, ибо она и есть литовка, а он – украинец. Андрей, кстати, конкретно упёрся в правду жизни в этом клипе. Он ничего не хотел делать специально.

КМ РУ: А о чём они говорили – тайна сия велика есть?

ГС: Смысл в том, что она говорит ему: спасибо, что жить стало легче. А он ей тоже говорит что-то мудрое, типа: не бывает так, чтобы речка текла без мелей… я не помню, короче, подробностей. Они обсуждают именно положительные аспекты того, что с ними произошло.

КМ РУ: Отсылка к «Моряку» была сделана из-за единой фигуры клипмейкера?

ГС: Естественно, идея-то была его.

Агата Кристи — Триллер (2004, сл. и муз. Глеб Самойлов)

Наши самые боевые альбомы длятся минут по 40

КМ РУ: Вы были одними из первых рок-музыкантов в России, кто оформил свой диск («Ураган», 1997) кадром из клипа. У вас это было удачно, но те кто поддался этому поветрию после вас, как правило, не снискали успеха. И вот опять удача: на обложке диска «Триллер» кадр из одноимённого клипа.

ГС: Просто у нас родилась такая идея ещё до того, как мы увидели окончательный вариант клипа. Но мы знали, что в сюжете присутствует осенний лес, присутствует машина, на которой они едут – и в голове просто встала конкретная картинка. Так и решили обыграть именно этот кадр. В итоге оказалось, что именно эта картинка и название «Триллер» идеально гармонируют друг с другом.

ВС: То есть взяли взаимоисключающие образы. При чём здесь машина, при чём здесь лес? Возникает какая-то загадка. А разгадывается она весьма просто, при прослушивании альбома. Необъяснимо, но просто (смеётся). Становится понятно: можно было разместить, что угодно, лишь бы не ломало.

КМ РУ: Банальный вопрос – а почему, кстати, «Триллер»? Нет ли тут ассоциаций с Майклом Джексоном?

ВС: Конечно же были!! Мы даже усмехнулись, когда приняли решение назвать альбом «Триллер». А вообще возникло это по одноимённой песни, где прямо использовалось словосочетание «молодёжный триллер». Эта песня начинается со слов «Помнишь, это было прошлым летом», то есть, вполне в духе триллера. А потом строчка из песни ушла, а название сохранилось.

KM РУ: Имеет ли альбом «Триллер» какой-то единый концептуальный стержень?

ГС: Наверное этот стержень есть. Как бы это вербализовать-то (смеётся).

ВС: В любом случае, это – сегодняшний взгляд на жизнь какого-то лирического героя. В этом смысле альбом весьма стройный и цельный. Герой смотрит на себя, на людей, на какие-то события и даёт, если не оценку, то какие-то связанные с этим впечатления. Концептуальность заключается именно в том, что это – взгляд одного героя.

КМ РУ: А то, что альбом распадается на две части – это чисто из-за количества песен?

ГС: Прежде всего, да хотя отличаться по смыслу эти части тоже будут. Когда сочинилось где-то около 20-ти песен, не захотелось нам выпускать двойной альбом, не хотелось размывать впечатление. Мы заметили, что из всех альбомов самыми боевыми и лаконичными у нас получались те, что длятся минут по 40 («Позорная Звезда» и т. д.). И потом – мы же не то, что всё записали, а потом разделили на 2 части. Нет, мы просто в определённый момент остановились – и решили довести запись этих 11-ти песен до ума. А в настоящий момент у нас есть полностью готовые, но не записанные песни (примерно 6-8). Но нам интересней то, что остальной материал мы рассчитываем сочинить. А почему мы решили делать один альбом в двух частях… Потому что звуковая картина, которую мы нашли, она будет в обеих частях примерно одной и той же. Да и, по большому счёту, лирический герой будет одним и тем же. В этот же период времени.

КМ РУ: А какая-то единая музыкальная канва, скрепляющая песни, в «Триллере» присутствует? Скажем, в «Майн кайф» таким цементирующим моментом были произведения Шнитке…

ВС: Здесь тоже это есть. Получилось очень интересно: в альбоме присутствует много отголосков саунда 70-х. Это проявляется не только в звуках аналоговых синтезаторов, но и в самом построении песен. В аранжировках есть какая-то аскетичность и простота и какая-то гламурность. Ту же самую линию мы намерены продолжить и во второй части.

Антибуржуазные настроения наконец-то приходят и в нашу страну

КМ РУ: Хотелось бы поговорить о песне «В интересах революции». Как вы думаете, почему в последнее время даже такие далёкие от революционных идей люди, как вы и БИ-2, обратились к этой теме?

ГС: Это как раз очевидно: потому, что Россия тоже, наконец-то, разочаровывается в капиталистических, буржуазных принципах – вслед за остальным миром. Антибуржуазные настроения приходят и в нашу страну. Мы ничего специально не придумывали. Кстати, в этой песне присутствует социальная и сексуальная неудовлетворённость. Это, извините, одна из движущих сил революции.

КМ РУ: В комментариях к этой песне вы говорили, что, когда думаете о ней, представляете себе карикатурного фюрера, который толкает речь в туалете.

ВС: Ну, это был всего лишь ответ на конкретный вопрос: чо вы представляете, слушая эту песню. Я ответил, что можно, например, себе представить и это.

ГС: Вадик прежде всего имел в виду ассоциацию от ритма самой фразы в припеве: «В интересах революции».

ВС: Просто, когда я пел в студии куплет, я себе это представлял. Как актёр на сцене – что он должен в этот момент делать. Мне и представился фюрер на табуретке. Я вспоминал в этот момент пьесу Миссимы «Мой друг Адольф». Там как раз есть эпизод, когда герой орёт в окно. То есть – это просто ассоциация, которая должна присутствовать во время исполнения – не более того. Это не аналогия.

КМ РУ: Выходит, эта песня – не карикатура на революцию?

ГС: Да нет, просто она может быть и ироничной, и самоироничной в том числе. Но всё-таки эмоция, которая в ней выплеснута – она искренняя.

ВС: В качестве героя этого текста вполне можно себе представить начинающую 18-летнюю рок-звезду.

КМ РУ: Те силы, которые могут произвести революционные изменения в стране, вы видите?

ВС: Нет, революции же возникают спонтанно.

ГС: Я хоть и Глеб, но моя фамилия – Самойлов, а не Павловский, поэтому я не могу этого знать.

КМ РУ: А как вы песню «Революция» группы БИ-2 восприняли?

ГС: Я, честно говоря, не понимаю, о чём там речь. Но я во многих песнях БИ-2 не понимаю, о чём они поют. Может быть, просто они передают какой-то поток настроения. Но в «Революции» я не могу уловить и настроение.

ВС: Вот мне кажется, как раз там присутствует увлечение очарованием борьбы. Эстетское, но очарование.

ГС: Но они при этом ведь в конце осуждают революцию. Правильно, получается эстетство в итоге.

КМ РУ: В этой песне более конкретно высказался Стогов: «Революция – это девушка, которая убивает своих женихов».

ГС: Мне кажется, что Стогов просто сказал первое, что взбрело ему в голову.

Революцию на Украине мы восприняли плохо

КМ РУ: А как восприняли так называемую «оранжевую революцию» в Украине?

ГС: Какая это, на фиг, революция?! (смеётся).

ВС: Плохо восприняли. Я не хочу сказать, что мы всё знаем, но мы слишком взрослые люди, чтобы понять суть этих настроений. Лично мне очень жалко людей, которые ввергнуты в это противостояние. Причём, с одной стороны, меня возмущает их глупость, а с другой мне их жалко. Я понял, что те люди, которые за этой «революцией» стоят, могут пойти на всё, что угодно. Открытые призывы к столкновениям – это очень серьёзно. Я бы вообще задумался на месте этих людей, которые ходят выражать своё мнение. И дело не в том, оранжевые они жёлто-синие или вообще какие.

ГС: Просто в Украине злые буржуи назвали себя революционерами.

КМ РУ: …и плюс ещё этих «революционеров» профинансировала Америка.

ВС: Да, и в этом контексте слово «революция» звучит кощунственно и цинично, так же, как и во всех предыдущих случаях.

Менеджеры лейблов нам не советчики

КМ РУ: «Триллер» вы издали своими силами?

ВС: У нас есть сотрудничество с сетью «Мьюзик-Трейд», которая его распространяет. А выпустили мы его, в принципе, сами. Мы просто не нашли такую фирму, которая его взялась бы выпускать и распространять. Мы столкнулись с определённой необюрократией в искусстве – это менеджеры лейблов. Чтобы с ними окончательно не разрушить отношения, мы решили плюнуть на них и определять самим, что раскручивать, на какую песню снимать клип и т. д. Надо тратить деньги на себя. По большому счёту, у нас всегда были проблемы с попытками продюсирования творческой части.

КМ РУ: Как вы думаете, с чем связаны эти трудности?

ВС: С тем, что мы слишком хорошо знаем, чего мы хотим от нашей музыки и в каком виде она должна подаваться, что главное в ней и что второстепенное. Например, при съёмках клипов мы всегда боролись с тем, что получается, чтобы хотя бы сохранить в песнях главное.

ГС: Поэтому у нас мало удачных клипов. Но «Триллер» нас откровенно порадовал.

ВС: Любой лейбл, который вкладывает в нас деньги, старается диктовать свои условия – и это, в общем-то, справедливо. Но мы-то уже осознанно занимаемся музыкой лет 30.

ГС: Я-то точно не 30 лет занимаюсь (смеётся).

ВС: Но, согласись, ты достаточно рано начал слушать музыку, копаться в себе, ища какие-то ассоциации. А все эти люди от бизнеса, которые только и делает, что считают, сколько им нужно потратить на эфиры – они нам не советчики. Нам тяжело с ними общаться, и мы предпочитаем это делать как можно меньше.

КМ РУ: А в плане пропаганды «Триллера» не вредит то, что он выпущен не на крупном лейбле?

ГС: Конечно, сложности есть. Но если бы мы ждали, когда какой-нибудь лейбл возьмётся его выпускать, мы бы вообще, наверное не издали бы диск. На такую стену наткнулись!

ВС: В нашей стране немало примеров, когда альбом какой-нибудь группы вообще не раскручивается, но его массово покупают. Поэтому мы решили выпустить альбом, чтобы он дошёл всё-таки до людей, сделать какую-то кампанию в прессе, чтобы все узнали, что у нас есть эта работа. Далее будем планомерно пробивать телевизионные радио-барьеры. Отчасти это уже у нас получается. То есть диск-то мы издали, но потом, минимум, в течение одного года будем его преподносить: снимать клипы, возить на радио…

КМ РУ: На «Триллере» присутствует только один логотип — эмблема «Нашего Радио». Это единственная контора, которая не ставит вам никаких ограничений?

ВС: Нет, просто с «Нашим Радио» у нас давнишние отношения. Мы давно уже находимся у них в базе, они признали, что наши песни составляют золотой фонд русского рока. И, естественно, от них исходило предложение сделать нам премьеру.

ГС: Песня «В интересах революции» начала раскручиваться исключительно по инициативе «Нашего Радио».

КМ РУ: У вас не было с «НР» проблем, как, скажем, у группы «Алиса» с диском «Солнцеворот», когда его не взяли в ротацию из-за свастики на обложке.

ВС: У нас были аналогичные проблемы с диском «Майн Кайф» — в силу названия и других причин.

КМ РУ: При этом вы не держите на «Наше Радио» зла и продолжаете с ним работать?

ВС: Дело же тут не в прощении. Не то, что бы кто-то нам навредил, мы просто не нашли на том этапе общего языка. Тут не нужно питать иллюзий: если кто-то из радийщиков повернулся к тебе лицом, это не означает, что он тебе друг до конца жизни. Это просто использование совместных интересов, партнёрство.

КМ РУ: Как вы относитесь к размещению ваших песен в МР3 в Интернете?

ГС: МР3 достаточно сильно уродует музыку. Плюс отдельная тема – авторские права в Интернете.

ВС: Конечно, что-то там такое интересное происходит. Понятно, что Интернет – это такая глыба, которая в будущем очень серьёзно будет влиять на распространение музыки вообще. Это очевидно.

ГС: Не только музыки, а любой интеллектуальной собственности.

ВС: К МР3 в Интернете можно относиться по-разному, но поскольку есть и более вопиющие случаи пиратство, серьёзно наших интересов они не ущемляют. Финансово на нас это тоже никак не отражается, поскольку доходы от продаж всё равно минимальны. Плохо, что страдает качество, но зато в тех местах, где нет «Нашего Радио», МР3 в Интернете – это единственный способ получить для фаната хоть какое-то представление о нашем альбоме.

КМ РУ: Вы говорили, что, якобы, ваш концерт в СДК МАИ в сентябре был последним вашим выступлением в Москве…

ГС: Нет, это совсем не так! Мы отказались о постоянных клубных концертов в Москве, потому что это уже стало превращаться в обыденные и занудные мероприятия. Нам не хотелось портить свои ощущения от концертов. И поэтому мы решили в Москве, как и в любом другом городе, выступать с нормальными крупными концертами. Если есть повод: премьера новой программы, мы играем здесь концерт. Нет повода – не выступаем.

ВС: А в СДК МАИ, по их просьбе, мы сделали исключение. Мы уже тогда, до премьеры, ничего не собирались здесь устраивать, но они очень сильно просили. Мы сказали: хорошо, тогда давайте сделаем неофициальное прощание со старой программой. Поскольку у нас появился с десяток новых песне, то, соответственно, примерно 10 новых песен из старой программы автоматически вылетают. Из старого остаются лишь шлягеры, по которому знают наши поклонники.

КМ РУ: Как вы будете встречать Новый, 2005-й год?

ГС: Успеть бы выдохнуть этот год! Всё будет зависеть от нашего настроения под праздник. Ясно одно: ездить по клубам и играть всю ночь по заказу концерты в Новогоднюю ночь мы не будем.

КМ РУ: Но вы же наверняка когда-то играли в Новогоднюю ночь?

ГС: Да, играли, и в первый раз это было в прошлом году. Странное ощущение. Даже среди заказных концертов бывают разные мероприятия. Иногда они бывают очень даже прикольными. Но вот концерт на Новый год получился странным. Ибо в тот концерт вникал лишь один человек – который, собственно, его и заказал (смеётся). Все остальные просто пошли в это время погулять, а он танцевал.

КМ РУ: Какие итоге для себя могли бы подвести за прошедший год.

ВС: Я женился в этом году.

ГС: А для меня главным было то, что записали новый альбом, сняли клип хороший. Поменяли двух директоров (смеются).

КМ РУ: А, кстати, с вашей новогодней песней «Маленькая Страна» ситуация безнадёжна?

ГС: Да, с этой песней всё сразу началось очень криво. «Наше Радио» вовремя не договорилось с её автором Николаевым, и он наложил вето на её издание. Ничего страшного: наши поклонники в любом случае её слышали. Я думаю, если бы какая-нибудь поп-группа сделала свою версию нашей песни, нам бы тоже это активно не понравилось. Зато для Новогодней ночи-2005 мы с Ириной Апексимовой записали песню «Бесса Мэ». Получился такой треш-декаданс, упадническое кабаре. Она – прима, а мы – аккомпанирующий состав за сценой.

КМ РУ: А какие альбомы коллег-рокеров вам понравились в этом году?

ГС: Таковых два: 7Б «Инопланетен» и Дельфин «Звезда».

КМ РУ: Что можете пожелать народу в грядущем году?

ВС: Радости побольше. Радостных событий – и у нас, и у всех вообще.

ГС: Присоединяюсь.

3.01.2005, Беседовал Денис Ступников, КМ РУ 


И снова о судах
01/06/2018

Как известно, Вадим Самойлов является должником с круглой суммой, что подтверждается решением суда, вступившим в законную силу и исполнительным листом от 15.02.2018. В графике Ответчика значится Германия, 3 июня — Фестиваль «ROCK AM RING 2018. Тут возникает вопрос о законности выезда его за границу с долгом в четыре миллиона рублей.

Напомним, что Вадим Самойлов должен Глебу Самойлову гонорар за Ностальгические концерты, прошедшие в Москве в 2015 году более четырех миллионов рублей и долг возвращать отказывается.

Скрин прилагаем:

В феврале 2015 года по просьбе Вадима Самойлова Глеб Самойлов принял участие в «Ностальгических концертах» «Агаты Кристи», после чего начался конфликт вокруг не выплаченного ему гонорара. Вадим отправился в тур под названием «Агата Кристи. Все хиты», а также начал исполнять песни, написанные Глебом для себя и в составе «Агаты Кристи», исполнявшиеся только Глебом.

Был подан иск  о нарушении авторских прав. Это и параллельно поданный иск о задолженности стало началом серии судебных тяжб и активного обсуждения их в прессе. В удовлетворении иска по авторским правам было отказано, но денежный иск был признан обоснованным, дело решено в пользу Глеба и вступило в законную силу. Был вынесен исполнительный лист. В апреле 2018 года Вадим Самойлов подал кассационную жалобу на решение суда, решения по ней нет, так как заседание суда пока не состоялось.

Все материалы можно посмотреть на сайте Московского городского суда


«Сердце и разум бьются напополам»
26/05/2018

24 мая 2018 года в клубе «16 Тонн» состоялось ярчайшее событие — Глеб Самойлов & The Matrixx презентовали полную версию альбома «Здравствуй». Многие песни прозвучали со сцены впервые. На этом сюрпризы не закончились, Глеб в порядке эксперимента исполнил еще четыре композиции, ранее никогда не исполнявшихся: «Djd», «Разрыв», «Всё знать» и «Шайтан».

Съёмка Светланы Шалаховской:

Глеб Самойлов & The Matrixx — Эксклюзивная Премьера альбома «Здравствуй» , Москва, «16 тонн»

О песнях «Разрыв» и «Шайтан» Глеб немного поведал со сцены: «Сейчас будет экспериментик небольшой. Никогда на публике не пел и не предполагалось. Это две песни, с которых три года назад и начал интересоваться всякими технологиями современными, кроме телевизора… :)»

Хочется отметить, что Глеб органично и целостно выглядел на сцене тет-а-тет с DJ-установкой во время исполнения, а новые «экспериментальные» песни оказались чистейшей воды артхаусом. Это было настоящее магическое действо, сеанс черной магии, если угодно. Подобные перформансы хотелось бы видеть не как «разовые акции», а на постоянной основе. На концертах хочется больше индивидуальности Глеба Самойлова, как самодостаточной единицы. На наш взгляд, подобные «аццкие дискотеки» нужно проводить чаще, делая ставку на The Matrixx и редко исполняемые (или вообще не исполняемые) песни, о которых мечтают многие поклонники группы.

После исполнения Глеб заявил, что эти песни больше не прозвучат, вечная им память. Публика с восторгом приняла новинки.

Фото: Анастасия Черкасова

«Djd» была сыграна в качестве интро к концерту. «Всё знать» оказалась мощной инструментальной композицией, которую многие тут же полюбили навсегда. Будем надеяться, что Глеб не похоронит её, и она засверкает в студийной версии.

Абсолютно все песни с альбома в этот раз обрели новое звучание, на песнях «С.С.» и «Послушайте» сыграл на трубе Владимир «Kaifir» Елистратов (лидер гр. «Голова Муэссы»), отчего «С.С.» стала смертельно-пронзительной. 

«С.Н.» преподнёс сюрприз: Глеб вживую исполнял элементы, которые в студийной версии можно было принять за сэмплы. Адский хохот и пронзительный крик в образе паяца достойны не только рок-сцены, но и лучших театральных подмостков.

Настоящим произведением искусства стал номер «Дурачок». Напомним, что текст стихотворения Глеб написал в 21 год и только теперь «Дурачок» стал полноценным треком и занял достойное место в альбоме.

«Нет, мама» — многие поклонники боялись услышать эту песню вживую. Это тяжелая, рвущая нервы композиция загоняет в оцепенение от кристальной искренности чувств, от надрыва голоса. Таковой она и оказалась, в лайв звучании ее эффект усилился многократно.

«Чума и праздник» — идеальная концертная вещь. Будем верить, что Глеб не станет ее убирать с трек-листа и будет исполнять на концертах на радость поклонникам разных городов. Наконец-то Глеб раскрыл «запиканное» в песне слово, строчка прозвучала так «пора ударить над РОДИНОЙ в набат»

На заключительной «Послушайте» немного подвела аппаратура. Глеб пошутил: «Ну значит у меня будет фа-минор. У нормальных людей ми-минор, а у меня будет фа…»

Закончилось всё оглушительной пулемётной очередью. Группа ушла со сцены не прощаясь, оставив ошеломленную публику наедине со своими эмоциями.

Фото: Наталья Блохина

Немного из отзывов о концерте:

Денис Ступников: «Альбом «Здравствуй» успел проникнуть в плоть и кровь, потому что я прошел путь его героя практически от начала и до конца — за исключением конечного пункта. Вчера единственный раз пластинка прозвучала вживую. Ощущения нереальные!» Его репортаж можно прочесть здесь: KM.RU

Анна Лемешко: » ..Напишу ещё раз: альбом тяжёлый во всех смыслах, мрачный и новаторский. Это пронзительный крик гения, освободившееся от внутренних и внешних рамок искусство, работа, которая станет легендарной — когда-нибудь, но не сейчас. На это нужно время. Его творчество — это разрыв. Разрыв мозга и души… Неудивительно, что в дальнем ящике у Глеба завалялось такое чудо, как песня под названием «Разрыв». На уникальном концерте данная композиция прозвучала в первый и в последний раз, студийки не было и не будет, а очень жаль — я влюблена в эту экспрессию. Но хотя бы так. Спасибо Глебу и The MATRIXX.

«Сердце и разум бьются напополам…
Идите вы сами, я как-нибудь сам.
Сердце и разум бьются напополам…
Идите вы сами, я знаю, куда, куда ж я сам…»

Великий Dvs: «ребята, спасибо большое!!! спасибо за смелость устроить столь прекрасный концерт, спасибо за Чистую Матрицу… по общей подаче концерт близок к первым, смелым и дерзким, никакой Агаты… Это было прекрасно! хочется верить, что этот концерт — первый шаг к чему- то большему… Именно такого вот концерта и не хватало в Кельне, или даже на днерождественском в Спб… Прекрасная, идеальная Матрица, по которой я так успел соскучиться с тех времен, как вы внедрили в сетлисты песни Агаты. Будьте собой, и ничего не бойтесь. Ибо Матрица прекрасна, и ей не нужна Агата! спасибо большое! DVS Tallinn Estonia»

На сцене Глеб творил чудеса, на которые способен только он, зажигая, сминая, растворяя публику в песнях и музыке. Блистательная Станислава добавляла огня этому действу. Гармонично звучала гитара Валеры на фоне электроники, а мягкий звук электронной ударной установки придавал особую атмосферу.

Фото: Анастасия Черкасова

С концерта публика выходила в хорошем смысле ошарашенная, «Альбом десятилетия» в живую оказался настоящей бомбой, способной взорвать самые потаённые уголки души.

Рассказывать о концерте можно долго и много, но лучше один раз увидеть. Спасибо порталу MEGOGO за прекрасную онлайн трансляцию, видео можно посмотреть здесь.

Фото: Светлана Шалаховская

The Matrixx — явление уникальное. Желаем группе и Глебу новых экспериментов и вот таких невероятных концертов!


Не пропустите!
23/05/2018

Друзья! Напоминаем вам, что завтра, 24 мая, в клубе 16 Тонн состоится уникальный, единственный концерт Глеба Самойлова & The MATRIXX — полная версия альбома «Здравствуй»

Для тех, кто не сможет посетить это ярчайшее событие:

Не пропустите онлайн трансляцию на портале MEGOGO!

Билеты: 16 Тонн
ЗАКАЗ БИЛЕТОВ: +7 (499) 253-15-50
РЕЗЕРВ СТОЛИКОВ: +7 (499) 253-53-00
Клуб «16 Тонн», Москва, ул. Пресненский Вал, д. 6, стр. 1 — мы находимся в 60 секундах ходьбы от метро «Улица 1905 года».


АГАТА КРИСТИ: Глеб Самойлов — разговоры обо всем.
22/05/2018

Народная молва поспешила наклеить на «Агату Кристи» ярлык людей, которые только и умеют петь про агрессивный секс. Однако это не совсем так. Сексуальность «братьев Кристи» — настоящая и природная, в их естественности и заключена сила их притягательности.

— Первой песней из «сексуального цикла», которая принесла вам всенародную популярность, была «Как на войне» с ударным припевом «Я на тебе, как на войне». О чем песня?

— Эта песня — о взаимоотношениях двух любящих людей. Каждый человек сам по себе — личность, но одно человеческое «Я» с другим никогда не может слиться до конца, поэтому и происходит отторжение.

— Не ощущаете ли вы себя буревестниками сексуальной революции, ведь мало кто может похвастаться настолько интригующими текстовками?

— «Агата Кристи» — это, прежде всего, шоу на сцене, там уже основную сексуальную нагрузку несет на себе Вадим Рудольфович. А что я — так, просто спокойно сидячий больной, у меня все, что ниже пояса, разбито параличом…

— Расправившись с ярлыком «секс-террористов», вы тут же получили ярлычок «наркоманов», чему отчасти «виной» — ваш прекрасный альбом «Опиум». Кстати, о чем сама песня «Опиум для Никого»?

— Это песня ностальгическая, но сделанная в духе «циничных и трубадуров» — так я сам называю нас, участников «Агаты Кристи». Эта песня оценивает место музыканта, человека, который служит искусству в этой жизни.

— Часто ли ты испытываешь чувство одиночества, и как оно влияет на творчество?

— Одиночество — лучшее средство для творчества. Когда я сочиняю песню, всегда один с гитарой запираюсь на кухне, и жена видит меня, как правило, один час в сутки, когда я встаю, завтракаю и обедаю одновременно. Ощущение изначального одиночества среди людей заложено в нас чуть ли не с момента рождения. Вместе с тем, депрессия может хорошо влиять на творчество только тогда, когда перестаешь воспринимать ее дискомфортно — ну, есть она и есть, и не надо ничего. Когда человек во время депрессии жалеет себя, никакое творчество невозможно.

— Во что ты веришь — в себя, музыку или Бога?

— Каждый называет это по-своему: у кого-то вера носит название Аллаха, космоса, но лучшего названия, чем просто Бог, никто еще не придумал.

— Какими были бы твои первые слова, обращенные к Богу, если бы ты попал в рай?

— Да абсолютно те же, что и сейчас, самые простые слова-обращения, которые каждый человек всегда вкладывает в свою молитву. Правда, что в ней говорю я — не скажу.

— Посмотри: мы смогли чего-то добиться в этой жизни, но сейчас в обществе совсем иные ценности. Как выбраться из замкнутого круга, чтобы не стать «сытой свиньей», о которой ты пел в самом начале «Агаты Кристи»?

— Если человек мучается этим вопросом, значит он уже не станет «сытой свиньей», если, конечно, его ничто не сломает. А для того, чтобы вас не сломали, надо себя воспитывать, копить энергию, внутренние ощущения, пытаться «сделать» себя. Даже не сделать, а вспомнить себя таким, какой ты есть на самом деле. Например, идти на поводу вашей тоски. Идите! Она вас куда-нибудь да приведет!

— Боишься ли ты смерти, и как бы хотел умереть?

— Я боюсь неожиданной смерти, но как именно я бы хотел умереть, говорить не буду, чтобы не шокировать людей. Наш администратор Саша Таушканов, например, считает, что лучшая смерть — это «сладкая смерть». Вопрос спорный! Кстати, вот дурацкая статья гордости — «мой дед умер на женщине». Кто-нибудь, интересно, подумал — а каково женщине было?

— У Вадима растет очаровательная дочь Яна, а ты-то думаешь когда-нибудь завести детей?

— Лично я не хочу иметь в семье никакого другого живого существа, кроме жены, разумеется. Я даже к цветам тяжело отношусь, потому что я чувствую, что это другая жизнь, совершенно другой организм, и изначально, поскольку я другой, он мне враждебен.

— Подожди, но ведь ребенок — это частичка тебя самого…

— Это, я извиняюсь, в физическом плане, но душа же переходит не от родителей, она просто выбирает, у кого ей родиться. Конечно, можно чему-то обучить своего ребенка, но все должно быть естественно, а если это не так — то все получается надуманно и искусственно. Вот посуди сам: как быть на первых порах, когда ребенок еще не осознает своих поступков и действий, — это враждебное мне существо.

ЕЛЕНА КУЦАНОВА
АЛЕКСАНДР МАЛЬКЕВИЧ

«Телевик», №44/1995


Один. Девять. Семь. Два.
17/05/2018

Издательство «Эксмо» выпустило книгу «Живые поэты», которая представляет собой сборник стихов, где можно будет встретить произведения Бориса Гребенщикова, Андрея Бледного («Лед 9» / «25/17»), Глеба Самойлова, Лехи Никонова, Хаски, Дианы Арбениной («Ночные снайперы») и многих других. 

Фото: Виолетта Лаврова

Один. Девять. Семь. Два.

Когда тебе два года-от счастья некуда деться. 
Мы переехали снова, 
Но забыли моё полотенце.
Так начиналось светлое детство
В Республике взрослых страхов,
А на моём полотенце повесилась Ульрике Майнхоф.

(с) Глеб Самойлов

 


«Мы переплюнули Doors, Beatles и Pink Floyd!»
13/05/2018

Братья Самойловы не могут воссоздать легендарную группу из-за своих противоречий

22.03.2015 в 18:31

Никогда не говори «никогда»! Ярким подтверждением этих слов стали «ностальгические» концерты группы «Агата Кристи», о феноменальном ажиотаже вокруг которых в начале марта подробно рассказывали «Музыкальные хроники» «МК». Вадим и Глеб Самойловы спустя пять лет после расставания смогли сделать своим поклонникам подарок. Но наивно думать, что старые противоречия смыло волной сентиментальной ностальгии. На концерты прессу не аккредитовали, и лишь «спецагенту» «ЗД» Алексею Остудину по праву автора документального фильма «Эпилог» об истории группы удалось проникнуть на репетиционную базу, а после и на сцену в «Олимпийском» и дважды пообщаться с братьями — до концерта и после него.

 
Фото: Елена Бледных

 

Два дня до концерта: «постаревшие дети»

— Как возникла идея этих «ностальгических» концертов? Кто кому позвонил?

В.С.: Нам все это время названивали и предлагали организовать концерты. Но серьезные предложения с хорошим, солидным гонораром стали появляться летом. Я Глебу позвонил, мы встретились и решили — давай сыграем.

— А какими словами ты ему это предложил?

В.С.: Ну так и сказал, что платят хорошие деньги, почему бы не поработать? Мотивация была достаточно простая. И как-то все совпало.

Г.С.: Хотя некоторые это восприняли странно. Я на своем же сайте читаю комментарии, что, мол, понятно, пять лет безработицы, денег нет… Сначала все жалуются — дайте нам «Агату», а когда «Агата» согласилась, говорят — а-а-а-а, предатели, обещали никогда не выступать. Диапазон эмоций разный. Сегодня так, а завтра так.

В.С.: Правда в том, что эти песни людям нужны, их приятно петь, поэтому все и совпало.

— Но если быть объективным, ты, Вадик, никогда и не исключал возможности камбэка, а вот ты, Глеб, был всегда категоричен. Что же изменилось?

Г.С.: Изменилось то, что перечислил Вадик. Разово встретиться, заработать денег и жить дальше каждый своей жизнью.

В.С.: Поэтому мы подчеркиваем, что это не воссоединение группы, это именно «ностальгические» концерты. Поэтому мы и прессу не аккредитовали на концерты, нам говорить не о чем. Это была разовая акция.

— А почему бы не продолжить эту прекрасную акцию в городах страны?

Г.С.: Ага, затянет…

В.С.: Мне кажется, что это было бы вполне допустимо, но в сегодняшнем состоянии наших взаимоотношений это невозможно.

Г.С.: Ну да, у одного человека есть одно мнение, у другого — другое. Они в данном случае не совпадают.

В.С.: Вот в чем мы согласились, то и происходит. Пока других соглашений нет.

— Но ведь тебе, Глеб, все равно никуда не деться от бренда «Агаты Кристи». Пять лет прошло после распада, а на афишах твоих концертов с The Matrixx организаторы все равно пишут крупным шрифтом «ex-Агата Кристи».

Г.С.: А я и не отказываюсь от своего прошлого. С другой стороны, люди, которые приходят на наши концерты, потом придут и на следующие. Они прекрасно знают, что будет происходить. Никаких «Сказочной тайги», «Как на войне» и «Опиума» там нет и не будет.

— Но какие-то песни «Агаты» в твоих концертах все-таки есть. Что опять же весьма ярко отражено на афишах. В вашем соглашении о неиспользовании песен из бэк-каталога произошли изменения?

Г.С.: Организаторы думают, что это им принесет какие-то дополнительные деньги от продажи билетов. Но когда они пишут чересчур нагло, тут уже вмешиваемся мы. И Вадик в том числе.

В.С.: Что касается нашего соглашения, понятно, что все это принадлежит нам обоим. Когда мы расходились, каждый хотел сделать что-то свое. Шел своей дорогой и, поверьте, продолжит по ней идти. И вот одним из соглашений, связанных с «ностальгическими» концертами, стала возможность для нас использовать какие-то песни «Агаты».

Г.С.: На данный момент мы (The Matrixx) играем не более четырех песен в концерте.

В.С.: Да, мы отдали друг другу в этом вопросе карт-бланш. Ситуация, когда мы не могли, потому что не хотели использовать песни из репертуара «Агаты Кристи», официально закончилась. Мы можем ими пользоваться как захотим.

Г.С.: То есть наше соглашение стало еще более джентльменским.

— Отказ от репертуара вы тогда мотивировали стремлением войти в «новую воду». С Глебом все понятно — за эти годы вышло 4 альбома, и в апреле увидит свет уже пятый, с гротескно-кровавым названием «Резня в Асбесте» (родной город братьев Самойловых). Но вот от тебя, Вадик, за пять лет мы мало что услышали.

В.С.: Ты же знаешь, что у меня кроме своей музыки есть огромный интерес к разным общественным вещам (В.С. был членом Общественной палаты РФ, а также доверенным лицом В.В.Путина на президентских выборах. — Прим. автора). Много времени посвящаю поддержке молодых музыкантов. Мне это близко и интересно. За это время я с командой провел с десяток различных молодежных творческих форумов и рок-фестивалей, в том числе и в Крыму, и продолжу это делать. Во-первых, я и не ставил себе задачу сразу заниматься сольным проектом. Во-вторых, есть и новые песни и пробные выступления. Меня все устраивает. Я начал писать, пробовать, где-то выступать. Я себя изучаю, ищу, смотрю, во что же это выльется. Сам пока не знаю, но что-то обязательно будет.

— Пять лет назад в интервью для моего фильма «Эпилог» ты говорил то же самое.

В.С.: Пока по этой части я нахожусь в том же месте. Это нормально. Быстро только кошки родятся, как говорится. Когда я решу устроить официальную премьеру сольного проекта, я тебя уверяю, об этом будет сообщено полноценно и масштабно.

— Глеб, твое творчество всегда было инфернальным. Но в твоем проекте The Matrixx некроромантика в текстах приобрела прямо-таки угрожающие размеры. Неужели все вокруг настолько страшно и ужасно?

Г.С.: Песни из альбома, который сейчас выйдет, можно назвать «готическими сказками». «Резня в Асбесте» на самом деле юморное название. Трагикомедия. В новом альбоме есть песня «Свиньи на Луне», и никто же не догадается, что это отсыл к «Pigs on the wing» Pink Floyd.

— А твои старые поклонники упрекают тебя в том, что ты ушел в какую-то тинейджерскую поэзию.

Г.С.: А я в себя ушел. Я в душе по-прежнему тинейджер. Как говорят мои товарищи — любимые сатирики «Квартет И», — нет взрослых мужчин, есть постаревшие дети!

— Дети — это, конечно, прекрасно, но мы живем в жестоком мире шоу-бизнеса. Вот пять лет свободы — от старшего брата, от «Агаты». Какие ощущения?

Г.С.: Дело не том, что это свобода от Вадика. В любом коллективе, где несколько авторов, каждый из них полностью не свободен.

В.С.: Ну да, нам бы с самим собой договориться, а уж друг с другом…

Г.С.: Но мы, «Агата Кристи», переплюнули Doors, мы переплюнули Beatles, мы переплюнули Pink Floyd по времени своего существования. Я за эти годы получил то, что хотел. Конечно, по мнению большинства, это не «Агата Кристи». Так этого и хотелось. Субъективно сейчас я свободен. Я могу экспериментировать.

— Но давайте же тогда посмотрим правде в глаза. Перед тобой, Глеб, в Питере стояли более 14 000 зрителей. В Москве будет еще больше. Учитывая концертные площадки проекта «Матрица», это, скажем так, несколько больше. Каково это — вспомнить, что такое большой зал?

Г.С.: Даже в «Агате Кристи» у нас было разное отношение к Дворцам спорта и стадионам. Я на них зажимался. И просто не знал, куда себя деть. Вадик, наоборот, чувствовал себя раскованным, расслабленным — и эти стадионы брал.

— Скажи, а формат «Глеб Самойлов — акустика» — это был вынужденный ход, чтобы сохранить в сложный период хоть какую-то работу, или это было концептуально продуманное решение?

Г.С.: Еще во времена «Агаты» были подобия моих творческих вечеров. Их было три или четыре.

В.С.: Еще до идеи распада мы обсуждали разные идеи, и у Глеба была мысль чего-то камерного, театрального, к чему он очень расположен. Ну а мне, да, нравятся большие постановки с серьезным продакшеном. И в этом смысле мы с Глебом разнимся. Мы прекрасно понимали, что «Агата Кристи» — это одна история, а каждый из нас по отдельности — совсем другая. И мы были к этому готовы, потому что и во времена «Агаты Кристи» мы разные времена пережили. И по 200 человек в зале и по 20 000. Могу сказать за нас двоих, у нас нет мотиваций в сольном творчестве догнать былое. Да, мы хотим успеха, но нам хочется какого-то нового, своего успеха.

— И каковы же размеры тщеславия на данный момент?

В.С.: Сложно сказать. Я пока еще в собственном творческом бульоне нахожусь. Несколько раз где-то выступил, и все. И пока нет желания. У меня оно подходит. Когда я почувствую, что пора сесть и написать, я сяду и напишу, но пока меня интересует многое другое.

Г.С.: Абсолютно то же самое! Когда захотел, тогда и напишу. Просто у меня это происходит немножко чаще. Каждый год.

— В процессе подготовки к этим «ностальгическим» концертам на какие компромиссы пришлось пойти каждому из вас?

В.С.: Сам факт этих концертов и есть большой компромисс.

— Говоря о компромиссах, нельзя не вернуться к противоречиям, которые сыграли важную роль в распаде коллектива. Прежде всего политика. За эти пять лет произошло столько всего, особенно за последний год, — общество расколото настолько, что родственники перестают общаться из-за разных политических взглядов, а власть не делает ничего, чтобы общество хоть как-то примирить. Скорее наоборот. Вы сейчас в своем личном общении политику вообще за скобками оставляете?

Г.С.: В данный момент да.

В.С.: Политические разногласия — это следствие разного мировоззрения. Мы же о политике не поем. Да и сочинять вместе не планируем. Но в любом случае человека надо уважать за его позицию, даже если ты считаешь ее неправой. Каждый имеет право на это. Я считаю, что все позиции должны быть представлены, все должны быть уважаемы. В этом и есть толерантность. Формально мы диаметрально противоположны. Глеб ходит на протестные акции. Я, наоборот, являюсь доверенным лицом президента Путина. Тем интереснее.

Г.С.: Когда мы встречаемся, мы все это оставляем за бортом. Мы выходим на сцену и играем просто песни, которые нравятся. Половину которых Госнаркоконтроль уже запретил бы.

В.С.: Кстати, сегодня позвонили от Бастрыкина (Александр Бастрыкин — председатель Следственного комитета РФ. — Прим. автора) и попросились на концерт. (Глеб смеется и хлопает в ладоши. — Прим. автора.)

— А вдруг это следственная проверка?

В.С.: Да пусть! На самом деле я не считаю, что песни «Агаты Кристи» являются пропагандой нездорового образа жизни. Понятно, что для нашего не самого продвинутого правосудия это будет очень сложно доказать, но если придется — будем доказывать.

— А вам не кажется обоим, что мы сейчас живем в куда более прямолинейном обществе, чем жили даже пять лет назад?

Г.С.: Мы приближаемся к неофеодализму. И, к сожалению, протестное движение, то есть митинги и демонстрации, себя уже исчерпало по той причине, что сколько бы нас туда ни пришло, а ничего не происходит.

В.С.: Мир возвращается к хаосу, который все приближается, к тому хаосу, из которого возникнет новое строение общества. Трещат по швам все системы. У многих есть заблуждение, что я сторонник власти. Я сторонник того, что проблемы надо решать цивилизованным способом. Я согласен, что половина людей во властных структурах, мягко говоря, безнравственные люди. Используют свое положение для обогащения. Впрочем, как и во всех слоях человеческого общества, включая так называемую оппозицию. Я избрал путь «пинания» власти изнутри. Говорить в глаза про нерешенные проблемы и стараться их решить. Вопить на митингах — удобная безответственная поза, надо делать дело, критиканством мир не исправить.

— Может, это несколько наивно?

В.С.: Наверное, моя позиция и позиция Глеба в какой-то степени наивны каждая по-своему. Но это наш выбор.

Г.С.: Мне Юрий Витальевич Мавлеев (советский писатель-диссидент) сказал: «Глебушка, ты знаешь, первые христиане были такими маленькими внутри Римской империи. Она их мочила, мочила, а потом вдруг они оказались главными на земном шаре». Вот так и надо: строить свое и не обращать внимания ни на кого.

45 минут после концерта: «непересекающиеся люди»

 
Фото: Елена Бледных

 

— Что ты чувствуешь сейчас, сразу после окончания концерта?

Г.С.: Стоило только все это начать — и наружу всплыл весь тот негатив, из-за которого мы и расставались. Мы стали непересекающимися людьми. И тем более мы не можем совместно творить. Поэтому мне хватило этих двух стадионов. Я же понимаю, что все это происходит на фоне некоторой некрофилии.

— Даже позитивная волна 22 000 людей в зале тебя не вдохновила?

Г.С.: Она была в зале. Как в «Глэмораме» было сказано — ей, детка, не важно, как ты себя чувствуешь, главное, как ты выглядишь. Во Дворец спорта или на стадион я прихожу работать. Для меня это нечто чужое. Если я не могу рукой схватить ближайшего ко мне зрителя, не могу дотронуться до девушки, да хоть юноши, не важно, то для меня этого концерта, считай, что и нет. Ждать, не ждать следующий концерт? Мало ли что случится через пять лет? Сейчас я бы тебе честно сказал: «нет!». Я не хочу обратно во все это вписываться.

В.С.: Я пока не понимаю, чего ждать. Понятно, что это нужно людям. Посмотрим.

— Общий итог положительный?

В.С.: Да, результат соответствует ожиданиям. А если это нужно людям, то возникнет определенная энергия, которая будет способствовать какому-то продолжению. Мы, кстати, снимали московский концерт — и в каком-то виде он будет доступен на видео.

— Мне показалось, что ты очевидно соскучился по сцене. Я прав?

В.С.: Нет, я по сцене и «Агате» не скучаю. Но есть ореол людей, которые составляют фундамент нашей творческой идентичности, и он все время расширяется. Я этих людей очень уважаю и люблю. Это наш слушатель, наш бэкграунд. Для них я работаю с полной отдачей «за себя и за того парня».

— Концерт был партнерским или былого контакта уже нет?

В.С.: С Глебом — нет. Мы всегда были индивидуумами. И всегда были на контрасте. Но кроме нас в творческой группе этих концертов участвовали почти 50 человек! Это огромное количество людей, которые вкладывали свою силу, талант и любовь. С ними я ощутил полное творческое единение, а с братом я его давно не ищу. Я предлагал ему это в течение всей жизни группы, но Глеб не тот человек, который готов к равноправному творческому и человеческому партнерству.

Алексей Остудин. Источник: MK.RU


Жизнь в 10 песнях: Глеб Самойлов
12/04/2018

Лидер The Matrixx выбрал десять треков, с которыми у него связаны яркие истории, (2017 год)

Глеб Самойлов  продолжает исполнять  на  концертах
песни  «Агаты Кристи».

«Я пою те песни, которые я в группе пел, — сообщает музыкант, с которым мы встречаемся в стейкхаусе неподалеку от центра Москвы. — Много музыки слушаю. Я в принципе по жизни интересуюсь электронной музыкой. Основная волна рейва случилась где-то в середине 90-х, сейчас она уже другая. Меня интересуют всякие подвиды EDM, дабстеп, трэпстеп. Я не открываю этот мир для себя, я продолжаю в нем жить. Я не то чтобы за модой слежу, я реально врубаюсь». Для RS, впрочем, Самойлов выбрал иные номера.

«Реквием по Асбесту»

Музыку я написал, когда мне было 13 лет, а записал, получается, в 45. Это — песня-долгожитель. Последний раз в Асбесте был, когда про меня снимал фильм канал RenTV. Тогда предполагалось, что фильм будет про меня в канун юбилея, но в процессе — вместе с появлением свежей новости о воссоединении «Агаты Кристи» — его срочно переделали под фильм про меня и Вадика. Поехали мы в Асбест вместе с сыном, который никогда не был на родине своего папы родился он в Москве, а живет в Екатеринбурге). Город абсолютно вымерший — умерло производство, умер окончательно и весь город. По улицам там почти никто не ходит. Пока мы там были, видели на улице человек трех.

«Серое небо»

Написал в 16 лет, исполнил в 26. Песня десятилетней выдержки. Если что-то есть настоящее, оно не пройдет бесследно — где-нибудь да выплывет. Мне было очень грустно и одиноко, я сидел за пианино. Я вообще много времени проводил один — отсюда привычка разговаривать с самим собой, отсюда плохая дикция, потому что не надо было никому ничего объяснять. Мама работала в полторы смены, она была врачом-анестезиологом, и ее не было дома большую часть времени. Так что я находился один с пианино и гитарой. В одну из таких ночей, когда мама ушла дежурить, примерно в половине одиннадцатого, и родилось «Серое небо». Сейчас мама тоже в Екатеринбурге — заботится о внуках и внучатых племянниках, но в Москву тоже приезжает периодически.

«Я буду там»

Это веха в моей жизни. Потому что это первая песня «Агаты Кристи», которую я принес полностью придуманной и сочиненной. Со своей аранжировкой — с гитарными партиями, басовыми, барабанными. Я ее спел, и мне на это никто ничего не сказал. Выходим в курилку — тишина. Есть ощущение, что провалилась песня. Тут клавишник Саша Козлов говорит: «Ну что, ее, наверное, последней поставим на альбоме?» Вот так совершенно неожиданно для меня песня сработала.

«Опиум для никого»

Первый раз очень твердо и жестоко я отстоял свое мнение, что песня должна звучать именно так и никак иначе. Я ее принял, и Вадим начал меня убеждать, что она слишком мрачная. Говорил, что она никогда не станет хитом. Появились предложения переделать ее в трип-хоп и как-то повеселее сделать. Но я был настойчив и оказался прав.

«Порвали мечту»

Эту песню я сделал с Вадимом Рудольфовичем — при том, что она у него вызывала просто категорическое сопротивление. На одном из концертов он даже ее сыграл все-таки, но сделал это, уйдя за сцену. Это для наших отношений в группе стало точкой невозврата. Травмировало его в песне, видимо, явное сопротивление существующим порядкам, нормам и строю. Для меня ничего странного в песне не было. Странно быть представителем всего самого светлого и хорошего, что есть в России, но при этом петь песни вроде «Опиум для никого».

«Такой день»

Заглавная песня в первом альбоме группы The Matrixx. Она же — первый трек, над которым мы с нашим клавишником попробовали поработать дистанционно. Таким образом я проверял, правильно ли то, что я придумал. Это касалось и всей концепции альбома, и заявления о себе группы The Matrixx. Послушал потом в ту же ночь, когда она была доделана, и понял, что я ничуть не ошибался. Главное, чтобы мне все казалось крутым. Меня сейчас критика не раздражает абсолютно.

«Любовью»

Это был первый клип The Matrixx, который запретили практически на всех каналах. Увидели в нем порнографию, хотя порнографии там нет. Я знаю, что такое порнография, а то, что в клипе изображается, — это не порнография. Претензия примерно такая же, как к Кормильцеву и его издательству «Ультра. Культура», которые тоже, якобы, выпуском порнографии занимались. У нас вообще сначала возникает желание запретить, а потом уже повод придумывают. Если в песне упоминается секс, это связано с какими-то внутренними переживаниями, чем с какими-то внешними процессами. А так я вообще не пою, что называется, «соблазняющие» песни. Другое дело — мат. Без него не обойтись. Для ме-ня мат — это не междометия и не ругательства, а форма речи, когда человек не может выразиться никаким другим языком, потому что его переполняет какое-то сильное чувство.

«Делайте бомбы»

Первый дуэт нашей группы The Matrixx с нашим замечательным другом — музыкантом и поэтом Алексеем Никоновым из группы «Последние танки в Париже». О том, что нам надо сделать дуэт, постоянно твердили мои фанаты. Сделали его мы в 2011 году, когда записывали альбом «Треш». Это вообще был мой первый дуэт в составе The Matrixx. Линда была уже потом.

«Добрая песня»

Поступил звонок от продюсера Линды, не могу ли я написать песню для дуэта. Я ответил, что могу, конечно. У меня был до этого период долгого застоя, ничего не писалось. К тому моменту, когда продюсер позвонил моему директору, я был совершенно разозлен, потому что у меня ничего не получалось. С этой песни начался альбом The Matrixx «Резня в Асбесте».
На данный момент пока последний.

«Жить всегда»

Из самого первого альбома The Matrixx «Прекрасное жестоко». Может быть, даже основополагающая к нему. Она очень понравилась Васе Обломову, с которым нас судьба пересекла. Мы с ним оба участвовали в проекте «Гражданин поэт». Вася там за кадром был аккомпаниатором — он играл на рояле, а я пел а-ля Вертинский. Потом он позвал меня на концерт, и я был дико ошарашен, что он предстает такой.

Журнал Rolling Stone Russia 

Т Е КС Т: Алексей Старостин


«Здравствуй» — Полная версия альбома
04/04/2018

Друзья! Глеб Самойлов и группа The Matrixx продолжают удивлять и радовать своих поклонников. Не пропустите событие, которое никогда больше не повторится (в глубине души надеемся, что все-таки такой концерт будет не единственный, но… вряд ли)

thematrixx_official:

24-го мая в Московском клубе «16 тонн» состоится уникальный концерт. Это будет полная презентация нашего нового альбома «Здравствуй». Мы исполним в этот вечер абсолютно все песни с нового альбома и произойдёт это только один раз. На концерте прозвучат песни исключительно с релиза «Здравствуй». Также ожидается ряд сюрпризов и неожиданных перформансов. Аранжировки некоторых песен будут адаптированы под живое исполнение. Впервые мы используем полностью электронную ударную установку. Не пропустите вечер смелого эксперимента и эксклюзивного перформанса.

Билеты уже можно приобрести здесь: ‪Клуб «16 Тонн»

ЗАКАЗ БИЛЕТОВ: +7 (499) 253-15-50

РЕЗЕРВ СТОЛИКОВ: +7 (499) 253-53-00

Клуб «16 Тонн», Москва, ул. Пресненский Вал, д. 6, стр. 1 — мы находимся в 60 секундах ходьбы от метро «Улица 1905 года».